fbpx
6+

Апофатика снова царит в богословии

Программа Марины Лобановой

«Встреча»

Гость: доктор философских наук Светлана Александровна Коначёва

Тема: богословие Джона Капуто – «слабая теология»

Часть первая

Эфир: 11 сентября 2021 г.

АУДИО

 

Светлана Коначёва:

Прежде всего, я хотела бы сказать, что само это словосочетание «слабая теология» не означает некоторое чётко позиционирующее себя движение или направление. Скорее, это некоторый способ богословского мышления, который представлен несколькими авторами, это и богословское и философское мышление, это итальянский философ Джанни Ваттимо, и американский теолог Джон Капуто, американский философ и теолог ирландского происхождения Ричард Керни, то есть скорее это именно определённый способ осмысления религии и понятия Бога в теологии последних десятилетий, которые выстраиваются в контексте дискуссии о постсекулярном.

Здесь в центре внимания оказывается вопрос, как возможно вернусь Бога в мышление. Как возможно говорить о Боге, после этого прохождения через современность.

Если говорить в самом общем виде, о некоторых определяющих чертах этого способа мысли, ты здесь я бы вспомнила одну цитату из статьи православного американского богослова Джона Пантелеймона Мануссакиса, в которой он говорит, что в теологии последних десятилетий отчётливо присутствует стремление избавиться от «трёхголового монстра метафизики», которого Мануссакис называет «всебог», то есть Бог всеведения, всемогущества и всеприсутствия.

Это, как мне кажется, очень хорошая характеристика того, что происходит в богословской мысли последних десятилетий.

 

 

В этом отношении, собственно, слабая теология, само это наименование связано во многом с одной из самых известных работ американского теолога Джона Капуто, которая собственно и называлась «The Weakness of God: A Theology of the Event» («Слабость Бога: К теологии события»). Она вышла в 2006 году, и после этого и появилось вот это словосочетание «слабая теология». В недавно опубликованном интервью, которое Джон Капуто дал Клейтону Крокетту, он, действительно, обозначает свой теологический проект именно как «слабую теологию». Как он скажет: всё, о чем я писал за последние 25 лет, связано со «слабой теологией», слабостью Бога.

Несколько слов о самом этом авторе. Он начинал с работ, посвящённых Мартину Хайдеггеру, Фоме Аквинскому и Майстеру Экхарту.  То есть первые тексты были посвящены мистическим элементам в мышлении Хайдеггера, затем последовала работа «Демифологизируя Хайдеггера», и затем, в середине девяностых годов, Капуто опубликовал работу «Молитвы и слёзы Жака Деррида». И вот эта работа была сразу же воспринята как некое событие и в области философии религии и в теологии. Поскольку в ней утверждалось, что Деррида может быть интерпретирован как квазирелигиозный мыслитель. И это была одна из первых попыток прочтения поздней философии Деррида и вообще проекта деконструкции как такого квазитеологического проекта.

Уже в дальнейшем Капуто публикует целую серию богословских текстов, в которых разрабатывается проект «слабой теологии», или он иногда ее называет «теологией события», среди которых уже упомянутая мной работа «Слабость Бога» 2006 года, затем работа «Настоятельность Бога» 2013 года, «Глупость Бога», такое провокативное название, очень яркая работа последних лет, 2019 года, «Крест и космос».

И вот именно в этих текстах, начиная со «Слабости Бога» и до «Креста и космоса», Капуто и предлагает радикально иной взгляд на христианское богословие, пытается бросить вызов статическим формулировкам представления о Боге, которые можно найти в традиционной догматике, пытается вот этому традиционному способу мышления, которое он называет «сильная теология», которую он воспринимает как тот способ мышления о Боге, где Бог понимается как своего рода парадигма земного суверенитета. То есть Бог как властелин истории, как некий вневременной принцип, первопричина или платоническое благо за пределами бытия. Он пытается помыслить другой образ Бога, который не сводится к бытию или сверхбытию, пребывающему над миром, не сводится к причине или первопричине, не сводится к властной силе и божественному промыслу.

Капуто – католик, но, безусловно, это внеконфессиональное всё-таки богословие. То есть, как мне кажется, в принципе, если говорить об определённых тенденциях в западной теологии последних лет, то здесь в гораздо большей степени позицию богослова определяет не конфессия, а, скорее, способ мышления. Если мы положим рядом тексты православного богослова Ричарда Суинберна, православного богослова Джона Пантелеймона Мануссакиса, один принадлежит к аналитической теологии, второй к скорее феноменологическому способу богословского мышления, то мы фактически не увидим того, что определено конфессией. Точно также текст католика Жан-Люка Мариона и текст православного Мануссакиса гораздо ближе друг другу, чем вот, собственно, текст Мануссакиса и Суинберна. Поэтому здесь скорее можно говорить именно вот об этом способе мысли, который уже преодолевает очень многие границы, и конфессиональные, и границы между философией и богословием, то есть скорее здесь можно говорить о религиозном мыслителе, вот я бы так сказала.

Сама новизна этой концепции, это та новизна, которая, как мне кажется, присутствовала в христианстве, и в том числе и в отечественной философской и религиозной мысли, если мы вспомним знаменитые слова Николая Бердяева: у Бога власти меньше, чем у полицейского.

Это присутствовало в отечественной мысли, это присутствовало и в западной мысли XX века, особенно в его переживании опыта Второй мировой войны. И, конечно, здесь можно вспомнить и того же Дитриха Бонхёффера с его концепцией безрелигиозного христианства, и о том, что быть христианином – это действительно быть погруженным в жизнь, соучаствовать, переживать со Христом ночь Гефсимании. То есть это тоже уход от видения вот этого Всемогущего Бога.

Для Капуто, действительно, с одной стороны, это попытка уйти от того, что он называет, и не только он, метафизикой. То есть некой системы объективного знания, которая уходит от реальности фактичного человеческого существования, уходит от жизни, закутываясь в  спекулятивном мышлении. Подобная метафизика действительно пытается сконструировать некие правильные суждения о божественном, где Бог становится предметом для изучения. То есть вот первый ход, который он совершает, это вот такой ход назад к фактичному жизненному опыту, от абстрактной философской системы, которая стремится к универсализму, к статичному единству, которая пытается обеспечить некую стабильную основу для жизни, вернуться к человеческой ситуации, всем сложностям нашей жизни. То есть первый ход – это быть верным жизни, оставаться честным по отношению к ситуации, в которой мы себя обнаруживаем. И это означает избавление от иллюзорного комфорта, в том числе и определённый урок смирения в отношении любой завершённости, окончательности наших идей.

Это понимание того, что мы во власти потока, и это приводит богословскую мысль вот к какому структурному не-знанию, принципиальной неразрешимости – и в отношении Бога, и в отношении нас самих.

Вот этот первый ход – верность жизни, верность фактичному существованию, вопреки любым абстракциям, любым спекуляциям, это открытие нашего существования вот именно в потоке жизни, посреди суеты вещей, посреди нашего временного существования. Мы обнаруживаем себя посреди мира.

В понимании Капуто, основной ход метафизики – это именно такое абстрактное бегство от всех сложностей, превратностей существования. Напротив, то, что предлагает его проект, это заинтересованное участие в фактичной жизни.

Это, кстати, относится не только к нему, но и к уже упомянутому мною Ричарду Керни, который говорит о микро-эсхатологии повседневного. Назад, к единичному, повседневному, конкретному. Вот это внимание к фактичному, к фактичной жизни, в том числе, и означает вот этот уход от метафизической религии, где, собственно, Бог и функционирует как высшее сущее и первая причина.

У Капуто есть ещё одна работа, которая называется «О религии», и вот там появляется словосочетание «религия без религии».

Это словосочетание «религия без религии» – что это такое? Здесь Капуто говорит о некоей структуре опыта, о религиозной грани опыта, которую он называет «жизнью на пределе возможного», или, может быть, «на грани невозможного». Это своего рода устремленность к совершенно другому. Вот эта устремленность к другому как раз и определяет религию без религии, то есть здесь придать жизни религиозный смысл означает существовать с беспокойным сердцем. С сердцем, которое наполнено стремлением в действительности по ту сторону действительности. Когда условием любого реального опыта становится вот этот опыт невозможного.

Подобное переживание жизни на пределе возможного и составляет религиозную сторону существования каждого из нас. Именно это он называет религией без религии, то есть религиозный смысл в нашей жизни пробуждается тогда, когда мы лишаемся основ и уверенности, когда мы сталкиваемся с тем, что сбивает нас с толку, с тем, что совершенно невозможно перед лицом наших ограниченных возможностей. Этот смысл появляется тогда, когда мы оказываемся в пространстве, где вещи не подчиняются нашим знаниям и нашей воле, где мы ими не распоряжаемся, где они находятся в постоянном движении, существуют вне наших планов, когда рушится наше привычное понимание действительности, когда мы начинаем терять собственную власть.

Вот этот опыт, когда мы оказываемся во власти чего-то, уносящего нас в неизвестность, это есть то, что вообще делает опыт опытом. И при этом Капуто определяет его именно как религиозную категорию. Это значит, что нет какого-то специфически религиозного опыта как некой выделенной сферы, а любой опыт, в котором присутствует любовь и надежда, любой опыт, в котором наше сердце не знает покоя, по сути своей религиозен.

И, как вы понимаете, это действительно довольно радикально меняет представление о религии.

 

Полностью слушайте в АУДИО.

 

О силе слабой теологии. АНОНС

В программе «Встреча» 11 сентября 2021 г. слушайте первую беседу с доктором философских наук Светланой Коначевой. Речь пойдет об одном из новых направлений в христианском богословии, которое получило название «слабая теология». Передачу ведет Марина Лобанова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх

Рейтинг@Mail.ru