fbpx
6+

«До сих пор далеко не всё из наследия митрополита Антония близкие к нему люди решаются публиковать»

Программа Александра Крупинина

«Неделя»

Гость: протоиерей Александр Степанов, главный редактор радио «Град Петров»

Прямой эфир 26 сентября 2021 г.

ВИДЕО

 

Темы программы:

 

— очередное заседание Священного Синода Русской Православной Церкви

— вопрос о визите Патриарха Варфоломея в Киев

— вопрос о возможности приема клириков Александрийского Патриархата под омофор Московского Патриархата

— отношения Московского и Константинопольского Патриархатов (кризис православного мира)

— Украина

— что такое «каноническая территория»?

— музыка

— выборы в Государственную Думу РФ

— успех коммунистов на выборах 2021 года

— политическая система в России: как выглядит принцип ответственности?

— Александр Невский

— нужно ли допускать священников в реанимацию?

— коронавирус

— презентация книги митрополита Сурожского Антония «Христианство или церковничество»

— Папа Римский призвал задуматься о том, как много людей сегодня не чувствуют голода и жажды по Богу

— протоиерей Андрей Ткачев

— «Пастырский час»

— сказки

— Джанни Родари. «Джельсомино в Стране лжецов»

Может ли коммунист сказать что-то доброе?

— как относиться к проповедям против вакцинации и о «чипировании»

 

Александр Крупинин:

Ещё одно событие, которого тоже мы не можем не коснуться, хотя это событие, конечно, касается не церковной, а светской жизни, но тем не менее. Это прошедшие выборы в нашу Государственную Думу. И у меня в дайджесте есть два сообщения, касающиеся этого вопроса. Первый вопрос – это заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Вахтанг Кипшидзе такое напутствие сделал:

«Мы считаем, что наше общее будущее зависит от того, насколько те люди, которые получили поддержку избирателей, будут способны к искреннему и жертвенному служению национальным интересам, насколько в их деятельности возобладает желание улучшить общественный климат, добиться реализации тех стратегических задач, которые стоят перед нашим обществом, первая из которых, как мы знаем из послания президента России, это сбережение народа. Я думаю, что задаче достижения этой цели должна быть подчинена в том числе и деятельность представительных органов нашего государства, в которые сейчас состоялись выборы. Мы призываем каждого депутата помнить о высокой ответственности перед народом, его избравшим, и перед Богом в своем служении и выполнении возложенных на него или на нее обязанностей». Источник.

Второй вопрос – это то, что эти выборы показали снижение популярности, при всех особенностях их проведения, тем не менее, снижение популярности «Единой России» и повышение популярности Коммунистической партии. Вот, например, в Московском округе 151 в Тверском районе Москвы, который располагался в здании Музея истории Гулага, больше голосов получила Коммунистическая партия, КПРФ, что вызвало у заместителя Управляющего делами Московской Патриархии епископа Зеленоградского Саввы грустные мысли, что вот, ничего мы не помним:

«Cogito ergo sum (канал епископа Саввы). На участке, расположенном в музее истории ГУЛАГа большинство коммунистов. Грустно это, на самом деле. Среди моих близких родственников, в четвёртом поколении после расстреляных, были такие, которые с пеной у рта ратовали за троцкистский анархизм. Есть среди моих знакомых и те, кто проголосовал за коммунистов. Удивительная способность забывать и рассматривать прошлое как миф. … Всё это говорит и об умении повторно наступать на те же грабли. Успех большевиков в 1917 году был тщательно подготовлен отнюдь не ими».

 

Протоиерей Александр Степанов:

У меня тоже всё это вызывает, как и у епископа Саввы, грустные мысли, не только, конечно, голосование на этом участке, а и вообще всё это мероприятие, которое мне трудно, конечно, вполне называть выборами. Но мы не будем обсуждать политические стороны этого вопроса, но если посмотреть, действительно, на эти напутствия, чтобы избранники народа помнили свою ответственность перед Богом и людьми. К сожалению, наша политическая система исторически, да, я не беру сейчас конкретно вот наш срез сегодняшний, власть и так далее, вообще она устроена так, что ответственность люди чувствуют перед своим начальством, а отнюдь не перед Богом и не перед людьми. И это совершенно не сегодняшняя история, а история, которая сложилась исторически очень давно. Были какие-то маленькие отклонения в этом отношении, которые пытались сделать отдельные личности и довольно безуспешно, плохо это кончалось для этих личностей. Вот сейчас праздновали Александра Невского 800-летие, крупная, конечно, историческая фигура, и в основном она значима той традицией, которую она заложила. И я, например, вижу в этой традиции вот что: да, Александр Невский вот стоял, в каком-то смысле, у истоков вот этой государственности нашей, ориентированной на власть. Власть в тот момент были монголы. Сопротивляться этой власти, действительно, я глубоко убеждён, было абсолютно бесперспективно, в тот момент именно, когда был Александр Невский, в середине примерно XIII века. Противопоставить что-либо было невозможно. Те попытки, которые делал его брат Андрей, делал Даниил Галицкий, их поддержал митрополит Кирилл на начальном этапе, и поехал с такой миссией собирать некоторую коалицию против монгол, рассчитывая на то, что помогут и некоторые западные государства. На кого рассчитывали? Галицкий рассчитывал на Польшу и Венгрию, с которыми у него, действительно, были очень добрые и близкие отношения, там браки династические были у всех этих юго-западных князей. А Александр Невский с другой позицией, он соприкасался с западом через орден немецкий и через шведов. Ну, шведов вообще мало что интересовало, их интересовала Ингерманландия, Финляндия, вот эти вот территории, которые были спорными между Новгородом и Швецией. В любом случае, главным образом орден. Мог ли орден, даже если бы Александр Невский признал сузеренитет этого ордена над собой, они этого добивались, что-то внести, какую-то силу, даже при самом добром их расположении к этому делу, которая могла бы противостоять монголам? Да ничего не мог. Это совершенно несоизмеримые вещи. Монгольская империя вот в этот момент, в середине XIII века, достигла такой мощи, такого могущества, которому, Александр Невский прекрасно понял, сопротивляться бессмысленно. Он бы и в Каракоруме, он был в Орде и видел эту ситуацию. И когда митрополит Кирилл приехал к нему вести вот эти тайные переговоры о коалиции – Александр Невский, видимо, его убедил. И очень скоро митрополит Кирилл тоже занял позицию Александра Невского, что не надо поднимать никаких восстаний. И Даниил Галицкий тоже элегантно отошел в сторону, подставился брат младший Александра Невского Андрей, который один вылез, конечно, ему тут же всыпали, он, по счастью, не погиб, удрал в Псков, потом в Швецию, но потом Александр Невский его как-то там реабилитировал, и постепенно он перебрался обратно, он стал князем Суздальским.

Что в Александре Невском тут стоит отметить, кроме того, что он был реальный политик, он понимал, что и как делать, чтобы и самому удержаться у власти, ну и как-то не допустить бессмыслицы какой-то. Ему надо было, чтобы получить и удерживать ярлык, показать монголам, что он свой. Я сомневаюсь, что он здесь ориентировался на народ, на людей, на Бога, как вот здесь сказано. Он ориентировался на хана. Вот когда возник конфликт с Новгородом у монгол, конфликт заключался в том, что они проводили перепись всего населения подвластного, для того чтобы брать налоги. У них была очень четко отлаженная государственная машина. И вот этой переписи как раз все княжества сопротивлялись, потому что все понимали, что если всех перепишут, тогда вот всё будет ясно, сколько чего надо брать, и тут отвертеться будет сложно. Новгород не захотел. Александр Невский выступил некоторым посредником, и когда Новгород повёл себя достаточно строптиво, он устроил расправу: он нарезал сколько-то там мешков ушей, носов жителей этого непокорного города. И привез это всё показать монголам. Надо сказать, что это произвело все-таки шок. В летописях отражено, что это что-то было запредельное. Ну да, бывало, что убивали, бывали междоусобицы княжеские, расправы какие-то были, но вот чтобы такое массовое чудовищное членовредительство – это было абсолютно ново. Но это было в нравах Орды, это было в нравах монгол, вот именно так они и делали. Ему надо было показать, что он просто ну в доску свой, он действует по тем же правилам. И он показал, и всё получил, всё нормально: у него были очень неплохие отношения в Орде.

Вот именно в этом смысле, мне кажется, именно он основоположник вот этой ориентации на того, кто на самом верху власти. Если ты хочешь быть во власти – ориентируйся на того, кто там. Отнюдь не на народ, отнюдь не на Господа Бога.

 

Александр Крупинин:

Восточный такой менталитет.

 

Протоиерей Александр Степанов:

Да. Такой деспотизм. И эта традиция всё-таки, при всех отступлениях, развитиях и так далее, продержалась много столетий на Руси. И если были периоды, скажем, в Российской империи, XIX, особенно конца XIX века, реформы и так далее, которые пытались эту традицию несколько смягчать и вводить вот это представительное правление, то есть как бы спрашивать народ: а что вы хотите? Да, то есть люди, которые сидят в Думе, должны выражать интересы и чаяния широких народных масс, в этом смысл парламента. Насколько парламент, который сегодня избран, как бы избран, в нашей стране, отражает? Ну не отражает. Мои, например, представления о прекрасном, он не отражает нисколько. Ну вот, и я думаю, что много наберется людей в стране, миллионы, мнения которых никак там не представлены. Я не говорю, что моё мнение о прекрасном оно единственно правильное, может, я абсолютно не прав, но смысл этого органа в том, чтобы именно представить. Представить эти интересы людей, их представления о том, как должна развиваться страна, что такое хорошо, что такое плохо. Поэтому напутствие насчёт того, чтобы они имели ответственность перед людьми и Богом, по-моему, в данном случае ни о чем.

 

Александр Крупинин:

Красивые слова.

 

Протоиерей Александр Степанов:

Слова, которые ни о чём не говорят. Эти люди ориентируются прежде всего на исполнительную власть, на князя, царя, императора, не важно. На самодержца, который решает, ну или какая-то коалиция людей, группа людей, решают, как должно быть стране. А они только так сказать обслуживают вот это и создают такую видимость, декорацию того, что тут есть какие-то органы как бы выражающие интересы людей. Но, к сожалению, этого нет.

А по поводу Гулага… да конечно, да. В самом музее Гулага, где нагляднейшим образом представлено, что делала компартия, и тут голосуют за нее. С другой стороны, а какая была альтернатива? Если бы были представлены действительно более широкие альтернативы, наверно бы, не было бы такого эффекта.

 

Александр Крупинин:

Слушатель просит ответить. Что вы думаете о проблеме того, что не пускают священника в реанимацию, когда человеку нужно бывает уйти из жизни достойно, причаститься Христовых Таин. Как изменить эту ситуацию?

 

Протоиерей Александр Степанов:

Очень сложная, я считаю, проблема. Конечно, я считаю, что было бы правильно допускать. С другой стороны, эпидемия, вот эта пандемия. Очень мало мы понимаем про эту болезнь. Насколько это всё, действительно, опасно? Я вот не болел. Я, правда, привился в некоторый момент, но очень долго не прививался, абсолютно не изолировался, служил, на радио был, всюду был, в магазины ходил. Соблюдал все меры, не заболел. Другие заболели уже два раза, и привитые, и не привитые, ничего не поймёшь. Действительно, сейчас подъём, волна заболеваний и смертей. Прививаются люди плохо, поэтому заканчивается болезнь для многих так, как, может быть, не закончилась бы, если бы они всё-таки привились. Но это выбор, повторяю, конечно, каждого человека, каждый как хочет так и поступает.

А в условиях больницы, мне кажется, здесь две стороны, во-первых, человек, который там лежит на койке, он, вообще говоря, наверное, верующий, церковный человек, он должен понимать, что приход священника к нему может быть для священника опасным явлением. Да, вот мы отпевали здесь одного хорошего человека, архитектора, который нам помогал с этим зданием очень много, и на отпевании был священник, у которого он последнее время окормлялся, и которому он тоже очень много помогал. Через два месяца священник пошёл вслед за нашим приснопамятным Игорем. Так что, видите, насколько, опять-таки, ответственный христианин может как-то так настойчиво обращаться: причастите. А что там с вами будет – неважно. Ну, хорошо, если монах или человек, не имеющий каких-то ответственностей, то это моё решение. А если у меня семья, дети, супруга? Риск большой. Я ведь, удовлетворяя духовную потребность одного человека, одновременно могу оставить сиротами там, не знаю, пятеро детей по лавкам. Насколько это хорошо? Насколько этично со стороны того человека, который, да, может быть, умирает от ковида, требовать причастия в этой ситуации? Сложные очень вопрос. Ходить в скафандре… Если бы меня позвал кто-то из моих прихожан, кто-то определённый, приходите ко мне в больницу – я бы пошел. Но у меня кроме мамаши, которой уже немало лет, никого нет. Кроме того, похоже, я как-то не очень этой болезни подвержен. Я бы не задумываясь пошёл. Но, опять-таки, каким-то подпольным образом проникать – это тоже было бы странно. Но вот больных, которые с пост-ковидными делами, моих прихожан, я причащал в больнице, там не запрещено было. А в ковидное отделение, где лежат люди, массово заражённые ковидом, я не ходил, никто и не пускал, но никто и не звал.

 

Александр Крупинин:

Еще у нас интересная есть тема на этой неделе, она такая как бы двухголовая, скажем так, то есть два сообщения на одну и ту же тему, но совершенно разные. Первое это то, что прошла презентация книги митрополита Сурожского Антония:

«Христианство или «церковничество»» – появилась новая книга бесед митрополита Антония Сурожского. … Презентация издания состоялась 18 сентября в рамках VIII международной конференции по наследию митрополита Антония Сурожского. Книгу представил автор предисловия протоиерей Павел Великанов: «Эта книга – «плач сердца», сплошная боль, причем без обезболивания». «Христианство или «церковничество»» – максимально честный и открытый разговор о главном и второстепенном в духовной жизни. Беседы митрополита Антония посвящены одной из наиболее острых проблем современного христианина – опасности подмены живой веры формальной религиозностью, подмены Церкви ради Христа Церковью ради Церкви, сообщает аннотация. … все священники знают, что, приходя на исповедь, большинство прихожан начинает со слов: «Батюшка, мне плохо…», искренне надеясь, что «батюшка сделает мне хорошо». Таким образом, чисто психологический запрос подменяет обращение к Христу, а человек ищет причины своей боли вовне, но не в себе. «Мы прячемся в Церкви от жизни» – так митрополит Антоний характеризует подоплеку подобных состояний… Каковы признаки «церковничества»? … Это «внешнее единство при внутреннем одиночестве»… Новая книга отвечает на самые болезненные вопросы современных христиан, а мысли митрополита Антония «абсолютно актуальны», подытожил о. Павел. В предисловии он подчеркнул: «Владыка вовсе не ставит под сомнение важность Церкви как таковой: она безусловно необходима – для того, чтобы «людям… открывать Бога, в среде церковной, но не Церковь им открывать, а Бога»». Источник.

 

Протоиерей Александр Степанов:

Поскольку книга только что вышла, только что была презентация, так что она в руки мне, естественно, ещё не попала. Мне кажется, не совсем адекватно изложено основное содержание книги, потому что я все-таки нашел в интернете какие-то отрывки, достаточно, видимо, характерные для неё. И мне кажется, проблема здесь не столько вот в этой психологии, такой, что в церкви мне должны помочь в каких-то моих житейских проблемах, чтобы преодолеть их и так далее. Мне кажется, что эта книга, действительно, как здесь верно сказано, очень честный разговор о духовной жизни. Что такое вообще церковь, зачем она мне нужна, что я чувствую и что я не чувствую, что я переживаю и что я не переживаю. И надо сказать, что вообще из наследия митрополита Антония опубликовано далеко не всё. Есть вещи, которые… мне известны, которые, ну, как-то близкие его люди даже не решались публиковать, настолько они, в общем, критичные, настолько они острые. Сейчас постепенно, видимо, это начинает всё-таки входить. Потому что, наверное, то, что, опять-таки, в Европе немножко было продвинуто дальше, это пришло к нам. Не в смысле кого-то влияния Европы на нас, а просто в каком-то внутреннем дискурсе каждого человека, в рефлексии нашей просто, да, того, что мы переживаем в церкви, для чего мы в ней присутствуем, почему так мало меняется или ничего не меняется на протяжении достаточно долгого времени: 20 лет в церкви, а я не вижу никаких перемен, и так далее. Вот все эти проблемы – они не очень были внятны, может быть, какое-то время. 30 лет, собственно, живём в свободной церкви и большинство людей где-то примерно в течение этих лет и сделали свои первые шаги. Поэтому здесь на первом этапе вот то, что здесь называется «церковничество», то есть исполнение постов, освоение богослужения, освоение какой-то элементарной собственной практики молитвенной, вычитание, каноны есть, акафисты есть, правила такие и такие, псалмы, вот всё это, нужно человеку некоторое время, годы, на самом деле, чтобы вот это всё освоить, понять, сориентироваться. И можно довольно долго углубляться и в богослужение наше. Что само по себе, конечно, очень хорошо и правильно. Но вот, наконец, мы более или менее всё это дело поняли. Ну, кто-то понял, большинство не поняло. И вот как бы застыло, может быть, в этом состоянии. Но рано или поздно это кончается, это кончается. И встает вопрос: зачем я вообще здесь? Я трачу довольно много времени на хождение в храм. Я, правда, чувствую, что если я не пошёл в храм в воскресный день, да, то я что-то потерял, вроде день прошёл как-то вот впустую. Вот это ощущение многие испытывают, и это, конечно, то, что нас удерживает, несомненно, в храме. Мы чувствуем, что что-то там получаем, какой-то заряд. С другой стороны, да, и в молитвенных правилах есть проблемы: не понимание слов, мы уже все слова понимаем, о они просто перестают трогать, они перестают как-то действовать, оказывать какое-то действие в нашей душе, и мы просто проговариваем. И мне кажется, вот эти вопросы главным образом обсуждаются в этой книге.

Самое страшное вот именно в отсутствии какого-либо позыва, зова…

 

Александр Крупинин:

Вот и я хотел ещё к тому же самому, Папа Римский тоже сказал, как много людей сейчас «не чувствуют голода и жажды по Богу»:

«23 сентября 2021 г. в Риме открылось юбилейное пленарное заседание Совета епископских конференций Европы, которое объединяет поместные епископаты 39 стран, в том числе Российской Федерации, Украины, Молдовы, Турции. В этом году Совет отмечает свое пятидесятилетие. По случаю открытия работ ассамблеи торжественную Мессу возглавил в соборе Св. Петра Папа Франциск.  В своей проповеди он остановился на трех призывах Господа, прозвучавших в литургических чтениях дня и обращенных к пастырям: задуматься, отстроить заново, увидеть. «Обратите сердце ваше на пути ваши»: через ветхозаветного пророка Аггея Господь дважды призывает Свой народ задуматься над своим поведением (Аг 1,5.7): «А вам самим время жить в домах ваших украшенных, тогда как дом сей в запустении?» – вопрошает Господь. «Сегодня в Европе мы, христиане, подвергаемся искушению сидеть спокойно по своим структурам, по домам и храмам, оставаться с нашими традиционными опорами, довольствуясь определенным консенсусом, – в то время как храмы пустуют, а Иисус все больше подвержен забвению». Папа призвал задуматься о том, как много людей сегодня не чувствуют голода и жажды по Богу: «И не потому, что это плохие люди, а потому что некому вернуть им ʺаппетитʺ веры». Сегодня в наших странах воцарилась диктатура потребительства, и люди чувствуют только материальные нужды, не ощущая нехватки Бога. «Безусловно, нас это тревожит, но занимаемся ли мы этим по-настоящему? Легко осуждать неверующих, удобно перечислять причины секуляризации, релятивизма и множества других ʺизмовʺ, – но, по сути, это бесплодный труд». Обращаясь к европейским пастырям, Папа подчеркнул, что, сосредотачиваясь на различных позициях в Церкви, на полемиках, повестках и стратегиях, мы теряем из виду истинную программу – евангельскую. Необходимо задуматься над этим, как увещает Господь устами пророка». Источник.

 

Протоиерей Александр Степанов:

Я, к сожалению, думаю, что здесь не так много, что мы можем сделать. Понимаете, да, повестка потребительства – она несомненно доминирует сегодня в общественном пространстве, в мире идей, стереотипов, образцов жизни. Никто как Бог может… Вот сегодня мы переживаем вот этот вот коронавирус. Приводит он кого-то к Богу или нет? Не знаю, может быть. Может быть. Какие-то ещё скорби, испытания, очевидно, нас ждут. И они посылаются не для того, чтобы нас карать, но для того, чтобы немножко хотя бы из обморочного состояния как-то вывести. Ничто другое, никакие наши слова, проповеди, мне кажется, не встряхнут. Скорее вот так: человек от жизни, от собственного жизненного опыта пережитого, от несчастья или какого-то, наоборот, сверхъестественного счастья, может обратиться. Вот здесь мы должны ему дать. А что дать? Да, разумеется, не полемику и какие-то там свои идеологии, а Евангелие прежде всего. Вот об этом, вероятно, говорит Папа Римский. Я думаю, здесь это не новая мысль и об обществе потребительства, и о том, что может здесь поправить ситуацию. Я думаю, да, призыв Бога. Пока Бог не коснулся сердца человека, до тех пор глух будет… другое у него, человек живёт в потоке жизни. Его надо выбить из этого потока.

 

Александр Крупинин:

Богу виднее, наверно, когда обращаться, к кому обращаться.

 

Протоиерей Александр Степанов:

Поэтому Он нам посылает, попускает вот всякие болезни, скорби и всё прочее. Какие они ещё будут?

 

Полностью слушайте в АУДИО.

Смотрите ВИДЕО.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх

Рейтинг@Mail.ru