fbpx
6+

«Священники – апостолы, миряне – мироносицы»

Программа Александра Крупинина

«Неделя»

Гость: протоиерей Александр Рябков

Прямой эфир 16 мая 2021 г.

ВИДЕО

 

Темы программы:

 

— Общецерковный съезд по социальному служению.

«Священники – это апостолы. Они учат, говорят с амвона. А миряне – это и есть жены-мироносицы, они должны все это исполнять. Миряне – незаметные, может быть, индивидуально неотличимые, но в массе очень значимые…».

— День жен мироносиц.

— Благотворительность как миссия Церкви.

— Церковь против абортов.

— 200-летие Ф.М.Достоевского.

«Достоевский многими нелюбим. И многие на него даже злятся: чему это он учит? Покорности? Страданию? И Достоевский вызывает сегодня у многих неприятие».

— Духовные причины потрясений XX века.

«Справедливость и добро – это разные вещи».

— Трагедия в Казани: молитвенное поминовение погибших учителей и школьников.

— Зачем знать свою историю христианам. Нельзя хвалить чужие страны. Нельзя с пренебрежением говорить о Святой Руси (звонки слушателей).

— 800-летие Александра Невского.

— Арабо-израильский военный конфликт.

«Писатель Венедикт Ерофеев, помните, написал: зачем же норвежцы переименовали Христианию в Осло? …и все проблемы с пониманием своей истории у нас от этого: не хотим быть «христианией», хотим национальное, хотим только наше, хотим национальное свое – «осло»».

 

Александр Крупинин:

— В Москве 13 мая открылся 10-й общецерковный съезд по социальному служению, крупнейший форум Русской Православной Церкви в сфере благотворительности, он приурочен к 30-летию благотворительности в современной России, 30-летию возрождения социального служения Церкви и 30-летию Синодального отдела по благотворительности. Выступил там Святейший Патриарх Кирилл, видеообращение было его там представлено, в которому мы еще вернемся, и выступление приводится председателя Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению епископа Пантелеимона, который, как тут сказано в новостях, эмоционально, что доклад его был более похож на проповедь, он говорил о деятельной христианской любви, образ которой –  Пресвятая Троица. Только вера и позволяет взойти на вершину любви. Мы должны относиться друг к другу подобно тому, как соединены между собой Отец, Сын и Святой Дух, сказал он, призывая благодарить Бога за возможность помочь другим, делать добрые дела, желая всем людям сострадания и сочувствия. Ну, в общем, это такой в общем-то общепринятый взгляд на смысл благотворительности. Но как вот, допустим, если говорить о приходе, вот за эти годы изменилась благотворительная деятельность приходов, увеличилась, расширилась. Потому что при Советской власти вообще нельзя было Церкви заниматься никакой благотворительностью, да, можно было только требоисполнительством заниматься. А вот тридцать лет назад открылась вот эта возможность для Церкви заниматься благотворительностью, как бы изливать свою любовь изнутри Церкви, из храма во внешний мир.

 

Протоиерей Александр Рябков:

— Знаете, несмотря на то, что, конечно, в советские времена невозможно было создать монастырский приют, конечно, этого никто бы не позволил, но рассказать, что церковь не исчерпывается только клиром, только священниками… и занимались делами милосердия, конечно же, и священник сам, хоть их было тогда немного даже на весь Ленинград, Петербург сегодняшний, было немного духовенства, но священник, пастырь в своём приходе, своей общине всегда был открыт для любых просьб, и, конечно же, мы знаем, что и в те, советские времена священник мог, скажем так, или сам помочь ближнему своему, и пасомому, и прихожанину, или направить чью-то благотворительность и чью-то жертву, стать проводником, чтобы кому-то помочь в той или иной сложной ситуации. Хотя принято говорить, что тогда государство было социально ориентированное, там у всех всё было гарантированно, но, мы знаем, что, несмотря на это, проблем у людей хватало, и сложности материальные, и какие угодно, были и в том самом социальном государстве, со всеми плюсами-минусами, сов семи поправками, со всеми да и нет.

Сейчас, конечно же, есть и при монастырях, особенно которые обладают большими площадями, особенно на периферии, когда монастыри или приходы, находящиеся, например, в сельской местности или в небольших городах, которые обладают какими-то усадьбами, какими-то, скажем так, загородным территориями, есть, действительно, приюты, приюты разнообразные, могут быть приюты детские, могут быть, действительно, какие-то социальные организации для зависимых, могут быть для пожилых, для бездомных, примеров таких множество, конечно. Но при этом, почему владыка Пантелеимон обращается к массам, к верующим. Потому что это не должно исчерпывается только тем, что какая-то организация, монастырь, приход, настоятель какой-то берёт на себя эту обязанность создать приют или раздавать какие-то пособия кому-то. Миряне не должны дожидаться, когда за них кто-то что-то создаст. Ведь всё-таки в истории Церкви есть много примеров, когда миряне, наоборот, сами вместе объединялись и создавали братства, сестричества. Конечно, беря на это благословение или у священника, или у епископа, потому что мы помним принцип святителя Игнатия Богоносца: ничего не делайте без епископа. Это, конечно же, верно, это правильно, направляющая, организующая роль духовенства необходима. Но инициатива требуется и снизу.

Вот мы сегодня празднуем день жен мироносиц. Мы уже привыкли поздравлять. И особенно православных женщин с этим праздником. Можно об этом тоже поговорить. Но когда нас поздравляют или кого-то поздравляют, надо же подумать: а с чем меня поздравляют? Насколько я сегодня являюсь учеником Христовым? То есть, в чём проявляется моё христианство? В том, что я утром и вечером правило читаю? Это всё? Этим всё исчерпывается? Вот здесь каждый мирянин должен себе задать вопрос: а в чём же моё христианство? И вот этот призыв владыки Пантелеимона, конечно же, обращен к каждому верующему, который спросил бы себя: моя лепта находит своего нуждающегося? Или всё-таки я закрыт, я веду несколько, может быть, узко религиозный вид жизни: молюсь, читаю акафисты, прихожу к таинствам. Но дальше этого не иду. Это неправильно.

Вот как раз сегодня хороший очень день об этом поговорить – день святых жен-мироносиц. Но я хочу только вот одно сказать, что, конечно же, мы несколько сегодня, беря за пример, может быть, или как-то, может быть, ориентируюсь на светский праздник, на светские гендерные праздники, да, говорим, что «у нас тоже есть свой женский день». Но надо понимать, что светские гендерные праздники как появлялись, особенно 8 марта, это именно революционный праздник, да, где элемент борьбы за права присутствует в первую очередь, а в Церкви нет борьбы за права, как говорил отец Александр Шмеман, Церковь не место для борьбы за права. Поэтому, конечно, наверное, не совсем верно говорить, что у нас тоже могут быть гендерные праздники какие-то. Потому что во Христе нет ни мужеского пола, ни женского, во Христе нет классов, все эти границы должны убираться: нет ни эллина, ни иудея, ни скифа, ни варвара, ни раба, ни свободного. То есть у нас в Церкви нет борьбы: с классами, с полами, интеллигенция с пролетариатом

 

Александр Крупинин:

— Теоретически.

 

Протоиерей Александр Рябков:

— Теоретически, но так должно быть, и, конечно же, у нас, поэтому, и революционных праздников, противопоставляющих кого-то друг другу, не должно быть.

Но если мы говорим о том, что мы ученики Христовы, а сегодня мы поминаем ещё и Иосифа и Никодима, я хочу сказать, мне пришла такая мысль, что всё-таки этот праздник сегодняшний – это праздник всех православных мирян, потому что вот священники, духовенство – это скорее можно спроецировать, их фигуры или их служение, как апостольское. Священники это апостолы. А вот миряне это вот и есть мироносицы. Не скажу тайные ученики, потому что мы не скрываем своей веры, я надеюсь, а, скажем так, ученики именно незаметные, может быть, да, потому священник – он заметен, он стоит на амвоне, проповедует, разглагольствует, что-то говорит, чему-то учит, теоретизирует, какие-то вещи изрекает правильные. А всё это исполнять должны вот эти незаметные может быть, да, индивидуально неотличимые, но в массе своей очень значимые миряне. Женщины, мужчины – неважно. И на самом деле Церковь – она состоит из мирян, а не из святых и священников… когда говорят «Церковь это священники», нет, Церковь – это все. И в первую очередь миряне.

 

Александр Крупинин:

— И все священники.

 

Протоиерей Александр Рябков:

— Все миряне и все священники, да.

 

Александр Крупинин:

— Нет, я имею в виду, что миряне – тоже священники.

 

Протоиерей Александр Рябков:

— Апостолат мирян тоже присутствует. И они священники в каком плане? Мы все священники – мы должны освящать мир вокруг себя. В том числе и благотворительностью.

Но благотворительность не должна становиться подкупом, это тоже очень важно. Должно быть всё сбалансировано. Как не должно быть одной социальной благотворительности – бездуховной, без проповеди. Так не должна быть просто одна теория, одно проповедование, одни разглагольствования, красивые изречения – без каких-либо дел, подтверждающих мою веру. Вот эта гармония, этот баланс должен быть всегда, конечно, должен поддерживаться.

 

Звонок слушателя:

— В чем соборность православных, если возможно убийство друга на дуэли, как в «Евгении Онегине»?

 

Протоиерей Александр Рябков:

— Я об этом сегодня уже говорил. Не надо ждать соборности от кого-то. Надо уже самому соборно мыслить. Себя ни от кого не отделять, себя всем открывать. Тогда будет и соборность. Вот что такое соборность. Соборность – это когда я сам себя ощущаю в соборе. А не жду, когда все будут соборные.

Поэтому не надо ни от кого ждать соборности. Идеала не будет. «Ой, а сегодня наступила соборность». Никогда такого не будет.

Соборность – это не собор вокруг меня, а она внутри человека должна быть. Соборность – когда всё собрано внутри, когда ценности правильно выстроены. Дух, душа, тело, а не наоборот  – тело на первом месте и так далее… Когда всё на своем месте – это соборность.

… Когда я сам – как лебедь, рак и щука, какая может быть соборность?

Приходит человек в храм – а молиться он не может. А почему? А он не знает, какую маску надевать, запутался в своих личинах.

Александр Крупинин:

— У нас юбилейный год, 800-летие Александра Невского. И 11 мая на базе Сретенской духовной академии при поддержке учебного комитета Русской Православной Церкви прошла международная научно-богословской конференции «Мир Александра Невского и Русь в 13 веке». Но сначала послушаем звонок в эфир.

 

Звонок слушателя:

— Ваше радио двулико, как Янус. Есть передачи про вероучение, успокаивающие, а есть исторические, вносящие разделение. Или вот про Пасху – хорошо рассказано, а потом зачем-то добавлено, что во Франции у православных – шоколадные яйца. Зачем это? Зачем нам про монастырь в Бюсси рассказываете по радио? И еще – не надо с пренебрежительным оттенком говорить «Святая Русь». И вообще, сделайте отдельную передачу на тему – что такое Святая Русь.

 

Александр Крупинин:

— Спасибо большое, про Святую Русь есть у отца Георгия Митрофанова очень интересная статья, очень рекомендую найти и почитать.

У нас есть еще тема – это последние события на Ближнем Востоке.

 

Протоиерей Александр Рябков:

— Проблема эта чем-то похожа на отношения в наших семьях. Проблема, что человек не может пойти на компромисс, пойти навстречу. Люди не могут где-то даже, может быть, и потерпеть, где-то сесть за стол переговоров. А почему ещё? Почему какие-либо президенты не могут сесть за стол переговоров?

 

Александр Крупинин:

— Так вот сели. Такие «ословские договорённости» существует между Израилем и арабами.

 

Протоиерей Александр Рябков:

— То есть в Осло?

 

Александр Крупинин:

— Но они действительно «ословские» оказались.

 

Протоиерей Александр Рябков:

— Как вот, знаете, Венедикт Ерофеев писал, какие же норвежцы глупые, переименовали свою столицу Христианию – в Осло. Вот вся наша жизнь, вот духовные причины каких-либо революций, вот в том, что мы Христианию переименовываем в Осло.

 

Александр Крупинин:

— Да.

 

Протоиерей Александр Рябков:

— Христианскую жизнь христиане внутри себя – переименовываем в какое-то национальное «Осло». И потому у нас все проблемы, от этого.

 

Александр Крупинин:

— Даже у Израиля от этого.

 

Протоиерей Александр Рябков:

— У всех. Потому что мы упираемся в какие-то частности. Ну вот Христиания – это же вот что-то такое всеобъемлющее, красивое, цветущее, космическое даже. А что такое Осло? Какая-то провинция, окраина какая-то. Также и наши проблемы, мы не можем видеть дальше своего носа, мы можем увидеть объёмно, мы видим всё узко: узконационально, узкоэкономически, узкоиндивидуально. От этого лезем в бутылку всегда, от этого льется кровь в том числе – в масштабах геополитики… а даже и в масштабах семьи, всё что угодно может быть, когда мы ничего не видим дальше своего носа. Узко мыслим, узко: а почему это я первый пойду навстречу? А почему я должен простить? А почему я должен понять? Так и про соборность: пусть все станут соборные. Тогда я… Пусть все перестанут сорить. Я тогда тоже перестану. А пусть все перестанут ругаться, я тоже перестану ругаться. А пусть все перестанут быть коррупционерами, тогда я тоже перестану. Вот и получается, что наша Христиания внутренняя сужается до Осло.

Поверх идеологий люди, разные, даже еврей и араб, живут нормально, живут вместе, и при встрече руки друг другу пожимают. Но идеологии, и с той, и с другой стороны – они мешают этому.

Полностью слушайте в АУДИО.

ВИДЕО

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх

Рейтинг@Mail.ru