fbpx
6+

ВЧК — ОГПУ — НКВД — МГБ в музее

Репортаж Екатерины Степановой

Музей истории политической полиции и органов государственной безопасности

Эфир 30 октября 2020 г.

27 октября 2020 года открылась новая постоянная экспозиция в филиале Музея политической истории России, который называется Музей истории политической полиции и органов государственной безопасности. Здание, в котором расположен Музей, находится по печально известному адресу Гороховая, 2.

До революции в этом здании была служебная квартира петербургского градоначальника и Отделение по охране общественной безопасности и спокойствия, более известное как охранка. После революции здесь расположилась ВЧК — ОГПУ во главе с Дзержинским, пока не был построен известный «Большой дом» на Литейном, 4.

Музей спецслужб, как его еще называют, был создан 1970-х годах. Это единственный в России вневедомственный музей такого рода. До реэкспозиции он занимал вдвое меньше залов. Теперь же музей расширился, составлена новая экспозиция.

Примерно половину залов занимает выставка, посвященная политической полиции от 3-го Отделения Императорской канцелярии (1826) и до революции 1917 года. Экспозиция очень интересная. Современному читателю, вероятно, не всегда легко представить или понять какие-то отсылки к «мундирам голубым» в различных произведениях русской литературы. Или понять, чем же занималась царская охранка кроме того, что мешала свободному существованию «прогрессивных» социалистов.

Вот как раз с этим можно подробно познакомиться в этих залах. Тут и голубые мундиры от эпохи Николая I и до конца 19 в., и котелки шпиков, накладные усы и бороды, чемоданы с двойным дном и еще много разных уникальных предметов, документов, фотографий. Но сегодня мы не будем останавливаться на этих сюжетах.

Конечно, нас волновала и интересовала вторая часть музея, посвященная советскому периоду от 1917 года до 1953. Об этом мы беседовали с одним из кураторов новой экспозиции, к.и.н. Оксаной Олеговной Зайцевой, старшим научным сотрудником филиала.

«Екатерина Степанова:
Не могли бы вы рассказать о зале, посвященном советскому периоду. Он очень яркий, в нем всего много, и очень легко запутаться.

Оксана Олеговна Зайцева:
Конечно. В этом зале представлены материалы, связанные с периодом переезда ВЧК в Москву и до смерти Сталина. Я согласна, что зал очень насыщенный. Очень сложно было сделать экспозицию, потому что помещений мало, а направлений работы органов государственной безопасности было достаточно много. Поэтому как мы могли, так мы и постарались представить основные направления.

Прежде всего это период Гражданской войны, это период ВЧК, создание контрразведки, реорганизация ВЧК, создание ГПУ и ОГПУ. Это 30-е годы, годы Большого террора. Мы все это показываем, и наверно вы увидели, что пострадали и сами сотрудники, которые начинали работу еще с Дзержинским. Отдельная часть посвящена истории разведки в предвоенный и военный период, конец 30-х – начало 40-х годов. И последняя часть это работа органов государственной безопасности в годы блокады. И послевоенное время.

Мы закончили 1953 годом, потому дальше начинается работа КГБ, но у нас уже нет помещений, чтобы развернуть еще одну экспозицию.

Екатерина Степанова:
Вы знаете, очень сложные впечатления. Честно скажу, что у меня были большие сомнения – идти или не идти смотреть эту экспозицию и рассказывать ли нашим слушателям об этом музее. Сами понимаете, что у людей церковных отношение к этим самым органам весьма неоднозначное, мягко говоря. Но репутация Музея политической истории России, чьим филиалом вы являетесь, все-таки побудила меня сюда прийти, потому что я понимала, что это не будет такое «ура-да-здравствует». Но, тем не менее, мне показалось, что экспозиция несет в себе некоторый флер романтизма – создание ВЧК плавно перетекает в службу внешней контрразведки, борьбу с реальными шпионами, герои-разведчики и т.п. При этом все названия присутствуют – ЧК, ГПУ, НКВД. Все это мы видим. И некоторые темы просто отодвинуты, хотя это те же самые «органы».

Например, я с радостью нашла маленький стенд, посвященный органам госбезопасности и Церкви. Но текст на этикетке какой-то уж очень из советских времен. «Процесс над церковниками» и далее по тексту. Я понимаю, если бы это звучало как «В советских газетах этот процесс называли как процесс над церковниками», но сейчас, в 21-м веке без кавычек читать все это также, как и раньше, мне показалось, странным. Это совершенно по духу советская фраза. И не видна позиция музея. Тут какая-то для меня неясность. Хотя фотография выбрана очень удачная, знаковая, наверно, самая известная – суд над митрополитом Петроградским Вениамином в зале Дворянского собрания.

Или другой пример. Да, есть упоминание про сфабрикованные процессы, по которым осуждали людей. Целый список. Но к чему привели эти процессы, какой хвост репрессий они потянули за собой, лагеря, которыми занимались те же органы. Всего этого нет. Есть просто некий романтический переход к героическим будням советской контрразведки.

Вот точки в таких сложных исторических моментах я не увидела.

Оксана Олеговна Зайцева:
Что касается ваших вопросов. Надо отметить, что мы рассказываем не вообще об истории органов государственной безопасности. Мы рассказываем в рамках политической истории об органах госбезопасности. Если вы заметили, в этом зале есть второй, верхний ряд, на котором отображены основные события, которые в тот или иной момент происходили в стране.

Отвечая на ваш вопрос о церковной истории, могу только отметить, что к нам часто подходят и спрашивают, почему у вас про то нет, про это. Но мы музей, и очень небольшой. Мы просто не в состоянии показать все. Для нас было важно даже просто показать эту фотографию. Просто показать – это уже важно. Потому что это некий маркер того, что это было.

Когда мы делали эту экспозицию, то основывались на открытых опубликованных документах, и мы говорим о том, что можем подтвердить документально. Поэтому и показываем то, что можем подтвердить.

Я понимаю, что какие-то сюжеты кому-то может быть хотелось бы увидеть более развернуто, но мы, к сожалению, никак не можем этого сделать, т.к. очень ограничены пространством. И постарались хотя бы кратко затронуть все сюжеты.

Что касается вопроса о жертвах политических репрессий. Дело в том, что мы все-таки рассказываем об органах государственной безопасности, а ГУЛАГ был больше связан с НКВД. Как таковые документы мы показываем – у нас там целая папка есть, связанная с репрессиями, и с репрессиями самих сотрудников государственной безопасности. Мы рассказываем о разведке, которая в результате просто воссоздавалась, потому что практически была уничтожена, эти люди тоже были жертвами.

Екатерина Степанова:
Но, видите ли, ведь вначале все эти органы в советское время были вместе. И НКГБ появилось уже гораздо позже. И кто людей отправлял в лагеря во время войны и после? СМЕРШ. При том, что да, контрразведка контрразведкой, но мы же понимаем, что это далеко не всегда была борьба с реальными диверсантами-фашистами и шпионами.

Просто я пытаюсь понять, поскольку экспозиция действительно очень насыщенная. Сразу очень трудно понять концепцию.

Оксана Олеговна Зайцева:
Понимаете, если мы будем отслеживать все реорганизации органов, мы просто запутаемся.

Екатерина Степанова:
Тогда, может быть, имело смысл немного пояснить, что это не вообще об органах госбезопасности, а о контрразведке, о спецслужбах в этом понимании.

Оксана Олеговна Зайцева:
Мы действительно не в состоянии показать все. Но мы старались показать документы.

Екатерина Степанова:
Да, это очень интересная часть. Очень интересно под какими-то стендами увидеть папку с перечнем документов в ней и почитать эти документы, многие из которых очень известны, а некоторые нет. Например, выдержка из письма какого-то крестьянина своему брату, на которое обратила внимание цензура (20-е годы – прим ЕС). Т.е. мы видим, как проверялись письма. Какие-то приказы, какие-то отрывки из дел, фрагменты допросов. По какому принципу вы подбирали документы?

Оксана Олеговна Зайцева:
Создание экспозиции процесс очень трудоемкий. Сначала создается концепция, а потом подбираются документы, которые авторы предлагают для иллюстрации каких-то событий. Это документы, которые были опубликованы, характерные для этого времени, это может быть просто статистика, которая говорит сама за себя, или какие-то интересные резолюции и т.д.

Мы просто показываем, чтобы люди могли взвешенно увидеть историю. А каждый сам для себя делает выводы».

Не имеет смысла вдаваться в бесполезные рассуждения о том, что спецслужбы и контрразведка есть во всех странах. Это так. Хорошо это или плохо, это данность Нового и Новейшего времени. Один из самых популярных жанров это шпионский детектив, Джеймс Бонд самый известный в мире шпион-разведчик, впрочем, как Штрилиц у нас самый известный шпион-контрразведчик. Все это так. Очевидное нет смысла отрицать.

Однако только при советской власти вся мощь этих самых спецслужб была направлена не столько на борьбу с реальными шпионами, сколько на запугивание и уничтожение собственного населения. И хоть внутри ВЧК-ОГПУ-НКВД действительно существовали именно Управления государственной безопасности, т.е. собственно контрразведка, но все-таки в истории эти аббревиатуры прославились иными «подвигами».

Конечно эта выставка не апофеоз «карательных органов», иначе мы бы не стали о ней рассказывать. Попытка объективно рассказать и показать историю XX века безусловно очевидна. Но нам показалось, что попытка не вполне удачная.

Заключенными на Гороховой, 2 были такие прославившие русскую культуру поэты как Александр Блок и Николай Гумилев, здесь допрашивали подругу последней императрицы Анну Вырубову, первый раз сюда был привезен после ареста Николай Пунин. Это здание, через которое, вероятно, прошел весь цвет русской культуры в 20-х годах. И, к сожалению, об этих подвигах спецслужб данного периода не упомянуто вовсе или упомянуто непростительно мало! Сегодня невозможно составить список сидельцев Гороховой, 2. Его просто не существует, а ученые-историки пока не взялись за его составление.

Тем не менее такой музей все равно нужен. На наш взгляд самая удачная и ценнейшая часть экспозиции – это копии документов. Вот они – самые настоящие свидетели истории.

Справедливости ради обязательно надо сказать, что тема политических репрессий, ГУЛАГа, сталинизма вовсе не обойдена стороной в Музее политической истории России. Его экспозиции на эти темы по мнению и историков, и музейщиков являются одними из лучших и честных в современной России. Об этом мы постараемся рассказать как-нибудь в другой раз.

Полностью слушайте в аудио.

Аудио, фото – Екатерина Степанова.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх

Рейтинг@Mail.ru