fbpx
6+

«Там, где Бог, там – ответственность»

Программа Александра Крупинина

«Неделя»

Гость: протоиерей Владимир Сорокин

Прямой эфир 18 апреля 2021 г.

ВИДЕО

 

Темы программы:

 

— детско-юношеская православная организация «Витязи»

 

— теология как светская наука невозможна

 

— планируем разработать программу предмета «Памятоведение»

 

— вопрос слушателя: «Как вы считаете, Путин – верующий человек?»

 

— перевод богослужения на русский язык

 

Какой вариант перевода Покаянного канона Андрея Критского читается в Князь-Владимирском соборе?

 

— обсуждаемые выставки в Феодоровском соборе в Петербурге

 

Протоиерей Владимир Сорокин: «Отец Александр Сорокин придерживается той же позиции, что и я: не противопоставлять, а сопоставлять».

 

— извержение из сана протодиакона Андрея Кураева

 

Протоиерей Владимир Сорокин: «Я одинаково не приемлю позиции двух сторон».

 

— вопрос слушателя: делать ли прививку?

 

— митрополит Ювеналий – личность в истории Церкви

 

Протоиерей Владимир Сорокин: «Смена поколений в Церкви сейчас происходит довольно быстро».

 

— вопрос слушателя: в нас живет страх, а как у людей в других странах?

 

— допускать ли врачей к заключенным?

 

 

Александр Крупинин:

— Отец Владимир, как вы считаете, вот какие качества должна воспитывать эта организация «Витязи» у молодого человека? Она должна воспитывать такие качества, чтобы молодой человек мог вписаться в мир и быть в нем своим человеком или она может у него такие качества воспитать, которые его могут противопоставить миру? Такие, как самостоятельность, собственное мышление – такую личность нужно воспитывать? Или нужно воспитывать такого человека, чтобы он нормально мог существовать в мире внешнем и там делать карьеру, нормально существовать. Потому что сейчас же ситуация такая очень непростая во всем мире.

 

Протоиерей Владимир Сорокин:

— Да, сейчас очень непросто. Но я вам скажу. Я уже каждый раз на «Граде Петровом» заявляю о своём «кредо», можно сказать, общественном. Я в связи с этим отношусь и к советскому периоду в этом ключе. И сейчас, и молодежь, и прихожан всегда стремлюсь воспитать в этом. Мы, православные люди, существовали, существуем и будем существовать всегда не в системе противопоставления, а сопоставления. Не надо себя настраивать на противопоставление, на поиск каких-то отрицательных особенностей или делать акцент на что-то такое, то, что людей разделяет, противопоставляет, ожесточает. А нужно жить таким образом, и строить свою деятельность, и как раз и Витязей мы все время к этому призываем, чтобы можно было сопоставить. Вот мы сейчас живем, действительно, в очень сложное время. Вот в советское время, когда это было, поскольку я был ректором Духовной академии, и всю жизнь, собственно говоря, я связан с молодежью был, но там где молодежь, там советская власть особенно бдительно смотрела, чтобы, не дай Бог, не попали под влияние Церкви или чего-то еще другого. Но я все равно с уполномоченным, Григорий Семенович Жаринов такой был, уполномоченный Совета по делам религий, это такое бдительное око, он под увеличительным стеклом деятельность церковную смотрел, но в основном это Духовная академия, семинария, молодежь, и он всегда просил не допускать каких-то таких своих интерпретаций законов, которые бы расширяли нашу деятельность. Я всегда с ним спорил, и отстаивал позицию, и сейчас такая же ситуация. Вот тогда была пионерская организация и комсомольская, а дальше партийная – всё. И что для пионерской, что для комсомольской, что для партийной организации устав почти один и тот же: должен человек быть неверующим, атеистом даже написано было в уставе Комсомола. Одно дело неверующий человек, другое дело атеист. Само слово атеист – это уже ваша позиция против Бога. А уж коммунист тем более должен был быть атеистом. Я всегда Григорию Семеновичу говорил: «Ну, Григорий Семенович, почему вы стоите на такой позиции?» – «Не я, партия». – «Ну вы же олицетворяете. Почему вы не можете допустить альтернативы? Вот есть Комсомол, сделайте возможность и дайте равные возможности, пускай будет Правсомол, Православный союз молодежи, Бапсомол, баптистский союз молодежи, Исламсомол, исламский союз молодежи, верно? Ну, пускай молодежь… и кто хочет, пожалуйста, пускай развивается, но дайте им равные возможности.

 

Александр Крупинин:

— При Горбачеве так сделали, и что? От Советского Союза буквально через 5 лет ничего не осталось.

 

Протоиерей Владимир Сорокин:

— Так я и спорил с ним все время, он говорил: «Ну, вы захотели чего». Владыка Михаил Мудьюгин покойный, тот вообще с ним спорил на какую тему: почему мы не можем выйти на первомайскую демонстрацию? С хоругвями – почему верующие люди не могут? Вот мы бы, Духовная академия и семинария, вышли бы.

 

Александр Крупинин:

— Нельзя, потому что это как карточный домик – вынь одну карту и вся постройка развалится.

 

Протоиерей Владимир Сорокин:

— Причем, предупреждали это ведь кончится крахом. Но, видно же было, что все это зажато. И, как говоришь, это карточный домик,  чуть-чуть один человек там что-то вытащил –  и все свалилось. И такая же ситуация сейчас. Мы сейчас тоже живем в такой обстановке…

Я говорю, я сделал вывод, люди боятся общаться с другими и агрессивны по отношению к другим, когда они плохо знают своё.

И действительно, то, что мы детям сегодня предложим, какой вариант Православия мы им предложим, если мы предложим замыкаться, сторониться от всех и настраивать себя на поиск врагов, ничего хорошего из этого не выйдет. Я убежден глубоко, что нужно каким-то образом сегодня входить, встраиваться в общество таким образом, чтобы мы не раздражителем были, а таким просветительским, сострадательным, милосердным, с пониманием…

 

Я всегда положительные стороны от протестантских церквей воспринимаю очень спокойно и радуюсь тому, что они это делают, они умеют это делать – благотворительность, помогать всем.

 

Александр Крупинин:

— Но у них деньги есть.

 

Протоиерей Владимир Сорокин:

— Я не знаю, как они умудряются их получать. Но у нас-то этих возможностей нет.

Вот у нас как-то власть себя ведет и законы такие, они, знаете ли, настолько все это также как при советской власти, вот как Григорий Семенович мне говорил: «Вы там смотрите, видите, вам разрешено вот в этом квадрате работать и жить». И он даже любил говорить: «А не выживете вы в этом квадрате, так это история над вами суд вынесла». Я говорил: «Подождите еще насчет истории». Я всегда с ним спорил. И это, понимаете, такая грань, тонкость.

Вот я постоянно присматриваюсь, анализирую, … у нас в правительстве, хотя вроде и в Конституции появился Бог… и когда говорят – то не чувствуется, а вот когда вы начинаете конкретно по данной теме работать, будь это тюрьма, или высшее образование, или школа, любая, мы должны говорить, они говорят, светским языком. А как я могу говорить светским языком, если я священник? … и вы понимаете, вот когда вы просто смотрите, то оно вроде ничего, а когда вы начинаете по конкретике, вот когда вам нужно делать, тогда она начинает работать против вас, против верующих людей. Причем, поражаюсь, правительство, эти все депутаты наши, всё вроде да-да…

Но я вам скажу, у меня есть сейчас свой путь, свой метод, который, я вижу, что он все-таки мне помогает. Я сейчас активно развиваю – такой хотим обоснованно, насыщенно сделать предмет, называется «Памятоведение». Это предмет сохранения исторической памяти. Есть краеведение, есть природоведение… Должно быть памятоведение.

Это то, чего в обществе в нашем сейчас не хватает. 20 век очень сильно у нас уничтожил историческую основу, старое мы все отвергли, нового ничего не придумали, а то, что придумали, оно почему-то не прижилось и не приживается. А теперь возврат к прошлому.

Я так понимаю: там, где Бог, там ответственность, там, где Бог, там обязательно должно быть наличие совести, какого-то такого самоконтроля что ли. А современное общество оно каким-то образом раскрепостилось до такой степени, что уже стонет от этого раскрепощения. Но, короче говоря, я наблюдаю, что боятся вот такой свободной дискуссии. Но, с другой стороны, может быть, еще и рано, потому что у нас достаточно подготовленных кадров ведь нет для того, чтобы вести какие-то диалоги на религиозную тематику.

 

Александр Крупинин:

— Было заседание Синода, мы не можем это пропустить. Разделение Московской епархии, уход на покой владыки Ювеналия…

 

Протоиерей Владимир Сорокин:

— Я был с митрополитом Никодимом близко знаком, а владыка Ювеналий его был ближайшим помощником…  Он все-таки уже человек в возрасте, 86 лет. Смена поколений в Церкви происходит сейчас, я бы сказал, довольно быстро, потому что он был одним из самых старых людей в Священном Синоде, сейчас только Патриарх остался из того поколения людей, а сейчас все члены Синода уже все другого поколения.

А что касается деления епархии – но Московская епархия была большая очень, там столько викарных… Поскольку линия Патриарха Кирилла – сделать так, чтобы было побольше архиереев, поменьше были бы епархии. С его точки зрения это приблизит архиерея к народу, я по этому поводу большого энтузиазма не вижу. Архиерей он и есть архиерей, и, хочешь не хочешь, а он все равно на своем посту ближе к народу не будет.

 

Александр Крупинин:

— Но это зависит, наверное, от архиерея, от того, хочет он быть ближе к народу или не хочет.

 

Протоиерей Владимир Сорокин:

— Для меня, я вам скажу, вопрос простой – вот владыка Антоний Блум – был митрополитом, был епископом, всё, но так был близок к народу и так он вошел в историю. А я вот не вижу сегодня ни одного архиерея, включая и Патриарха, который бы идеалом поставил такой же образ жизни, как митрополит Антоний. Все идет по той накатанной дорожке, по которой архиерей – это всё, у него и суд, у него и правда, у него все права и обязанности, а всё остальное ему подчинено. … И вот он со своим ореолом… А куда деваться?  Поэтому происходит смена поколений. Но что касается приближения к народу – у меня по этому поводу есть большие сомнения.

 

Полностью слушайте в АУДИО.

Смотрите ВИДЕО.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх

Рейтинг@Mail.ru