fbpx
6+

Город святого Петра возвращает свои храмы и имена

Часовня Божией Матери Всех Скорбящих Радости, начало 1900-х годов, рядом улица Смоляная. Прихожане у часовни

Программа «Возвращение в Петербург»

Андрей Борисович Рыжков, член Топонимической комиссии Санкт-Петербурга

Эфир 31 мая 2021 г.

АУДИО + ТЕКСТ

 

26 апреля состоялось первое почти за четыре года возвращение исторического названия петербургской улице: Смоляная.

 

Летом 2017 года на карту вернули Лафонскую улицу (с 1954 — улица Пролетарской Диктатуры) и три проезда в Колпине: Адмиралтейскую и Соборную улицу, а также Вознесенское шоссе (с 1920-х — Володарского, Урицкого и Лагерное соответственно). В прошлом, 2020 году, состоялось возвращение названия железнодорожной платформе Дудергоф, но она проходит совсем по другому, федеральному ведомству. И вот, наконец, с нами опять Смоляная улица — маленький кусочек исторической топонимии, превращенный в 1976 году в улицу Книпович…

 

История этого возвращения, богатая драматическими поворотами, тянется как раз с 2017 года. Тогда Топонимическая комиссия, воодушевленная успешной реставрацией Лафонской,  Адмиралтейской, Соборной и Вознесенского, в очередной (пятый по счету) раз одобрила возвращение 10 Рождественских улиц в Песках (Советские), а также Знаменской улицы (Восстания). И на том же осеннем заседании было одобрено предложение отца Богдана Полевого, настоятеля возрождаемого храма в честь иконы Божией Матери всех скорбящих Радости на проспекте Обуховской обороны, о возвращении Смоляной улицы.

 

К сожалению, уже на следующий год наступила очередная топонимическая «заморозка»: у исторических возвращений нашлись влиятельные противники в петербургской исполнительной власти. И вместе с Рождественскими и Знаменской в долгий ящик была положена и Смоляная. Там бы она и оставалась, если бы весной 2020 года к новому губернатору не обратился митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Варсонофий.

 

И произошло маленькое чудо: в ходе опроса, организованного на сайте городского правительства, 82% проголосовавших (из 3600 человек) высказались за возвращение Смоляной.

 


 

Топонимическая комиссия на сентябрьском заседании 2020 года, разумеется, подтвердила свою предыдущую рекомендацию, но для официального возвращения названия понадобились еще полгода, которые выдались совсем не простыми. Как бы то ни было, но активность горожан и авторитет митрополита все же сделали свое дело.

 

И хотя это всего лишь отдельный топоним, который находится даже не в историческом центре Петербурга, но важен сам факт возвращения, и то, что усилия неравнодушных горожан наконец-то возымели свое действие.

 

А все-таки (спросят нас въедливые критики) — чем «Смоляная» лучше «Книпович»?

 

Для ответа на этот вопрос нужно обратиться к истории района, известного как Стеклянный городок.

 

Он ведет свое начало от зеркального и стеклянного заводов, построенных в XVIII веке на землях князя Г.А. Потёмкина.

 

В 1791 году заводы были взяты в казну и стали именоваться Императорскими.

 

Уличный топонимический ансамбль Стеклянного городка сформировался в конце XIX века: Глазурная, Стеклянная, Хрустальная, Фаянсовая улицы…

 

В этот «фабричный» ряд вписывалось и название Смоляной улицы, данное по смоляным амбарам.

 

По соседству, на казенных землях бывшей Глухоозёрской фермы, в начале XX века был распланирован «идеальный проект» новой застройки — так  называемый Царский городок.

 

 

Но этот проект, планировка которого состояла из номерных «лучей» и «кругов», так и остался на бумаге. О нем напоминает единственное название улицы «2-й Луч». Примерно до него и шла изначально Смоляная улица (позднее ее укоротили до Хрустальной).

 

На улице 2-й Луч рядом со Смоляной, 1947 год

 

Смоляная улица благополучно пережила все топонимические бури 1920-х, 1930-х, 1950-х годов, проносившиеся над Ленинградом. Но в 1976 году, в преддверии очередного юбилея Октябрьской революции, в городскую комиссию по наименованиям поступило предложение, от которого невозможно отказаться: увековечить старую большевичку, одну из основательниц РСДРП, Л.М. Книпович  (1856-1920). Революционная тематика в советское время широко использовалась в топонимии Невского района, который даже носил до 1948 года имя Володарского. Как раз к этому моменту Смоляная улица была продлена по территории формирующейся промзоны, включив в себя новую пробивку и небольшой участок бывшей Больничной улицы, упраздненной в 1964 году. В результате имя Книпович получила вся магистраль от самого проспекта Обуховской Обороны. В решении о переименовании указано, что в улицу Книпович вошла и улица 1-й Круг, но изучение точных топографических планов 1970-х (в советское время они были совершенно секретными) показало, что на трассу пробивки Смоляной — Книпович 1-й Круг все же не попадал. Видимо, такая запись в решении понадобилась для переадресации зданий.

 

Вид реки Невы в районе Смоляной улицы

 

Итак, принимая во внимание не столь давнее переименование Смоляной, ее форму прилагательного, которую так ценят петербургские топонимисты, гармоничное сочетание с топонимией Стеклянного городка, комиссия отдала предпочтение возвращению исторического названия.

 

Деятельность Книпович, впрочем, также имеет отношение к территории Невского района, она некоторое время преподавала (вместе с Н.К. Крупской) в Смоленской вечерне-воскресной рабочей школе, которая, впрочем, находилась не в Стеклянном городке, а на современной улице Ткачей. Вообще создается впечатление, что топонимическое увековечивание Книпович было обусловлено не столько ее заслугами перед революционным движением, сколько близкой дружбой с Лениным и Крупской. Тут нельзя не вспомнить и ленинского зятя М.Т. Елизарова, удостоенного в Невском районе не только именного проспекта (бывший Палевский проспект), но даже и станции метро.

 


 

Символично, что первое обращение в комиссию о возвращении Смоляной поступило именно от настоятеля прекрасного возрождаемого храма, чья история неотделима от истории Стеклянного городка. А началась она с часовни Тихвинской иконы Божией Матери, в которой в 1888 году и произошло чудесное обновление иконы Божией Матери Всех Скорбящих Радости (с грошиками). По прошению жителей слободы Стеклянного завода рядом с часовней был возведен каменный храм во имя Скорбящей (по проекту фон Гогена и Иванова), освященный в 1898 году. Его особенностью были стеклянные кресты. В 1911 году в ограде храма была похоронена чтимая петербургская блаженная — Матронушка-босоножка. Настоятель храма отец Петр Скипетров в 1918 году стал одним из первых священнослужителей, погибших от красного террора. Храм был закрыт в 1932 году и полностью уничтожен в 1933, чудотворная икона была передана в храм «Кулич и Пасха». Казалось, Скорбященская церковь останется только в строках Анны Ахматовой:

 

Паровик идет до Скорбящей,

И гудочек его щемящий

Откликается над Невой…

 

Храм во имя иконы Божией Матери «Всех скорбящих радости» в селении Стеклянного завода. 1898 год

 

Но вот в 2017 году начинается возрождение храма, и сразу рождается инициатива возвращения выходящей к храму Смоляной улицы.

 

Под петицией, поданной настоятелем, стояли подписи более ста прихожан, многие из них живут в единственном жилом доме по улице Книпович (№1) и прекрасно помнят Смоляную.

 

Но, как водится, только ее возвращение стало близкой реальностью – активизировались  яростные противники любой топонимической реставрации. Однако их шаблонные обвинения в «стирании памяти о советском периоде» в этом случае звучат совсем уж нелепо, ведь Смоляная пропала с карты только в 1976 году. Именно с историческим именем Смоляная застала не только все «великие свершения» социалистической эпохи, но и войну и блокаду.

 

А о том, что смена (возвращение) наименования улицы не приведет к необходимости замены документов и другим «неприятностям», Топонимическая комиссия в очередной раз сообщает на своей странице на сайте Комитета по культуре Санкт-Петербурга.

 

Здесь вы можете видеть официальные ответы всех государственных ведомств, имеющих отношение к адресации.

 

Это налоговая служба, управление по вопросам миграции, Росреестр… все они в один голос подтверждают: любые документы, в том числе и штамп в паспорте о регистрации по месту жительства, сохраняют юридическую силу в том виде, в каком они были сделаны при прежнем наименовании улицы.

 

Изменение юридического адреса от организаций, зарегистрированных на улице Книпович, также не требуется, ведь фактический адрес не меняется, а «обновление» информации в юридических документах можно производить постепенно. Разъяснительные документы на это счет также можно найти (скачать, распечатать) на странице Топонимической комиссии на сайте Комитета по культуре Санкт-Петербурга.

 

Вид от Смоляной улицы на Финляндский железнодорожный мост, фотоателье К. Буллы

 

Итак, Смоляная возвращена, что же дальше? Напомним, что уже есть такие же впечатляющие результаты аналогичного опроса по возвращению Головинского переулка (пока Красногвардейский) в Приморском районе. Но на заседание Топонимической комиссии этот вопрос попадет не ранее осени.

 

Мы же констатируем, что топонимическая тема не утрачивает своей актуальности, что множество жителей нашего города желали бы видеть исторические топонимы в Петербурге, но что также в нашем городе есть еще много досадных топонимических ошибок, нуждающихся в исправлении.

 

Возрождение топонимии естественно сопутствует возрождению архитектурного облика Петербурга. И жаль, что возрожденный на Песках великолепный храм Рождества Христова, на который теперь вновь открывается фантастический вид с Суворовского проспекта, пока еще имеет адрес по 6-й Советской улице.

 

Угол Шлиссельбургского проспекта и Смоляной улицы, 1934 год

 

Анна Ахматова

Петербург в 1913 году

 

За заставой воет шарманка,
Водят мишку, пляшет цыганка
На заплеванной мостовой.

Паровик идет до Скорбящей,
И гудочек его щемящий
Откликается над Невой.

В черном ветре злоба и воля.
Тут уже до Горячего Поля,
Вероятно, рукой подать.

Тут мой голос смолкает вещий,
Тут еще чудеса похлеще,
Но уйдем — мне некогда ждать.

1961 год

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх

Рейтинг@Mail.ru