fbpx
6+

«Слишком велика трагедия»

Программа Даниила Варламова

«Санкт-Петербургская митрополия»

Гость: протоиерей Владимир Сорокин

Тема программы

Деятельность Комиссии по канонизации Санкт-Петербургской епархии

Эфир 12 декабря 2019 г.

АУДИО

ВИДЕО

 

В программе «Санкт-Петербургская митрополия» о деятельности Комиссии по канонизации Санкт-Петербургской епархии рассказывает ее председатель – настоятель Князь-Владимирского собора протоиерей Владимир Сорокин:

 

«Эпоха новомучеников еще не осмыслена. Великое познается на расстоянии, видимо. А размах того, что происходило, был огромен. Мучили и расстреливали – не только по признаку веры. А если брать верующих – вот, смотрите, в нашем Синодике 5,5 тысяч. У нас четыре Патриарха были репрессированы. Местоблюститель Петр – в тюрьме скончался. В нашем Синодике 14 митрополитов, 23 архиепископа, 37 епископов, 2020 священников – те, кто были репрессированы. 23 диакона, 53 – жены священнослужителей, 12 иподьяконов, 68 архимандритов, 36 игуменов, 11 игумений, 159 иеромонахов, 90 монахов, 6 архидьяконов, 29 иеродьяконов, 893 монахини. Из послушников – 91 человек репрессированы, псаломщиков 335, регентов 42 человека, профессоров 68, преподавателей 63, учителей 86, врачей 32 человека, 68 сторожей… Сторож в храме – просто брали и всё. Юристов 10 человек, рабочих 27, колхозников 8 человек. Итого 1015 человек. Конечно, среди них много достойных людей. Но к канонизации мы со строгим отбором подходим.

 

Через 100 лет будет труднее работать. Архивы – одни сохраняются, другие пропадают. Я сам много работал в архиве. Однажды пришел, а мне говорят: в архиве Духовной академии прорвало трубу отопления и всё это залило кипятком. Следовательно, эти документы не подлежат прочтению – до революции написанные чернилами их размыло горячей водой.

 

Архив ФСБ сейчас у нас на Литейном находится, там много «Дел», кажется, около 95 тысяч «Дел» там лежит. Наверное, со временем, хорошо было бы перевести их в электронный вид. Но это очень большой труд.

 

На Левашовском кладбище 47 тысяч похоронено – это за 1937-й, 38-й, 39-й…

 

В этом вся и проблема – масштаб трагедии, масштаб репрессий был настолько велик, что мы сейчас только по крупицам просматриваем.

 

Проблема в том, что из этих 95 тысяч «Дел» нужно выявить тех, кто был репрессирован по признаку веры. Православной веры, тем более. Значит, для этого надо изучить «Дело». А что писали в «Деле»? Писали – за шпионаж, за контрреволюцию, за что-то еще…

 

А наша Комиссия состоит из 10 человек.

 

XX век у нас проходит под грифом страданий, мученичества. Потому что вся Церковь находилась в таких условиях, когда нужно было засвидетельствовать веру. А здесь есть свои критерии, и критерии очень серьезные. Например, необходимо собрать все судебно-следственные Дела. Все. Если человек сидел в разных местах – нужно собрать их со всей страны. Когда в одном следственном Деле обвиняемый держится определенной нравственной позиции, а будучи арестован впоследствии – отказывался от нее, меняя ее иногда на противоположную. Потому что человек менялся. Например, когда его спрашивали «Вы занимаетесь антисоветской пропагандой?» – «Нет, я верующий человек, не занимаюсь, считаю, что это не мое». А после – через дня 3-4, месяц спустя – его снова допрашивают, вдруг он сознается – что да, занимался. Такого человека канонизировать нельзя. Это называется самооговор.

А те, кто выдерживал, кто до конца стоял и нигде никогда не подвергал сомнению свою позицию верующего человека – тогда да».

 

 

Полностью слушайте в АУДИО.

 

ВИДЕО

Наверх

Рейтинг@Mail.ru