«Прожито»: 10 тысяч дневников за 10 лет

Программа Марины Лобановой

«Встреча»

Гость: Михаил Мельниченко, директор Центра «Прожито» при Европейском университете в Санкт-Петербурге, архивист Института изучения обороны и блокады Ленинграда

Тема: Центр «Прожито»

Эфир: 8 февраля 2025 г.

Часть 1

АУДИО

В 2025 году проекту «Прожито» исполняется 10 лет. Автор идеи и руководитель проекта Михаил Мельниченко рассказывает об истории проекта, последних новостях и планах на будущее.

Где историк может найти анекдоты советского времени?

Марина Лобанова:

Начнём всё-таки с личного интереса к дневникам. Вы как к этому пришли?

Михаил Мельниченко:

Мой интерес сначала к дневникам как чтению, потом к дневникам как к историческим документам, которые могут быть полезны в исследовании, начался очень давно, когда я ещё считал, что я историк. Я в своё время, после выпуска с исторического факультета, пошёл в аспирантуру и занялся плотно исследованием советского политического фольклора, в частности, я занимался политическими анекдотами. И это такой сложный материал для историка оказался, потому что в советское время антисоветский фольклор не было возможности собирать официально. Поэтому советских новин, былин и радостных песен были записаны многие-многие десятки тысяч, а для того, чтобы найти записи советских политических анекдотов, надо было действительно заглубиться в источники, путь к которым для историка довольно проблематичен, например, лучше всего анекдоты записывались, естественно, в доносах и судебно-следственных делах. Но первым по количеству записанных анекдотов стали всё-таки личные дневники, потому что в какой-то момент люди не думали о том, какие последствия могут повлечь за собой записывания анекдотов, и в личных дневниках их довольно активно фиксировали. И в итоге за много лет работы над этой темой с анекдотами я прочитал довольно большое количество дневников и для своей базы данных по политическим анекдотам выписал примерно 600 анекдотических сюжетов.

В дальнейшем, когда я уже дописал книгу про политические анекдоты, я решил продолжить работу именно с дневниками, потому что мне было довольно комфортно с ними работать и интересно, я не чувствовал себя стремительно теряющим человеческий облик академическим таким историком, а я подумал, что мне хочется работать как публикатору, как организатору процессов. И в итоге мы с друзьями 10 лет назад придумали такой проект, которому вот скоро будет десятилетие, и назвали «Прожито».

Суть этого проекта была в том, что мы соберём на одной электронной площадке максимальное количество доступных нам текстов, но создадим это не как обычную интернет-библиотеку, а как научный инструмент, который может быть полезен и людям просто читающим, и людям, у которых есть свои исследовательские задачи.

И поэтому мы решили, что все дневниковые тексты мы порежем на маленькие подневные записи и дадим некоторый поисковый инструмент, по которому люди смогут выбирать, с каким временем они хотят работать, с какими социальными группами они хотят работать, и искать в дневниках нужных им групп людей нужные им ключевые слова и темы. Вот так родилось «Прожито» 10 лет назад. Ну а за эти 10 лет оно очень сильно развилось и много раз видоизменилось и сейчас превратилось в большой научный центр при Европейском университете.

…

Лучше всего анекдоты записывались, естественно, в доносах

Когда человек попадает к нам на сайт, он чаще всего идёт в раздел, который называется «Корпус дневников», и оказывается в довольно сложном, к сожалению, интерфейсе, который мы в ближайшие полтора года хотим сильно изменить и упростить, и то, что он перед собой видит в первую минуту – это фактически список большого количества людей, которые за последние три века на русском языке вели дневники. Сейчас в этом списке порядка 10 тысяч авторов, и это была одна из наших важнейших задач – выявить все дневники, которые известны. Но понятно, что список гораздо больше, потому что науке неизвестно огромное количество документов, которые лежат в семьях.

Список наш процентов на 70 состоит из уже опубликованных дневников, которые мы нашли в книгах, в статьях, в интернет-публикациях, через различные библиографические указатели библиотечные, и процентов на 30 он состоит из того, что мы опубликовали сами: то, что мы нашли в семьях, то, что нам принесли люди, то, что мы нашли в архивах, в музеях… вплоть до различных интернет-аукционов, барахолок, даже Avito. Мы иногда находим крайне интересные тексты, и если они не очень дорого стоят, то мы выкупаем рукописи и тоже публикуем их у нас на сайте. Так что это 70% текстов – то, что уже публиковалось и хорошо известно, и 30% того, что неизвестно было до того, как появилась у нас на сайте, практически никому.

Марина Лобанова:

Как-то помечено это?

Михаил Мельниченко:

Да, зелёная плашка на лице автора, такая небольшая надпись «Прожито» – обозначает, что это дневник, который нам доверили публиковать в семье или эту рукопись мы другим образом нашли.

…

В своё время мы очень увлекли сообщество тем, что работать с дневниками – важно и интересно, поэтому к нам стали приходить люди, которым интересно разбирать почерка, которым интересно погружаться в чужие жизни, которых, в конце концов, просто успокаивает методическая работа с историческим документом. И наши волонтеры стали расшифровывать вместе с нами эти тексты.

…

А сейчас мы придумали исследовательскую лабораторию, которая заключается в том, что мы приглашаем наших участников или даже совсем новичков… я немножко опережу нить нашего разговора и скажу, что вот сейчас мы занимаемся не только дневниками, но архивистикой, работой с домашними архивами в целом. И сейчас с интересом работаем со всем тем, что можно найти в семейных архивах: и с письмами, и с фотографиями, и с рисунками, с чем угодно. И исследовательская лаборатория тоже будет гораздо шире классической лаборатории «Прожито». Мы находим небольшой семейный архив, например, папку документов или сумку документов, о которых ничего даже нам неизвестно…

И идея нашей лаборатории, которую мы планируем, что мы отдаём это всё участникам, которые приходят на неё, и они за час работы должны попытаться по максимуму восстановить историю этой семьи. Установить людей, установить связи между ними…

Марина Лобанова:

Что есть в поиске по Корпусу дневников для тех, кто занимается краеведением, изучает какое-то конкретное место?

Михаил Мельниченко:

С этим немножко сложнее, у нас большая часть дневниковых записей помечена тем местом, где они сделаны, но записи не все помечены, поэтому проще искать через название городов просто в общем поиске. Таким образом можно добраться особенно до небольших местечек, ты получаешь какую-то небольшую выдачу, но очень конкретную.

Помимо этого, из таких полезных вещей, нами довольно активно пользуются генеалоги и находят у нас важные сведения про своих клиентов или про собственные семьи. Были случаи, когда мы воссоединяли людей, семьи которых разошлись пять поколений назад, мы посылали им координаты друг друга, и дальше начиналась какая-то новая история семейного взаимодействия.

Кроме того, важно упомянуть, что у каждого автора мы старались прописывать его профессию, кем он был на момент ведения дневника. Поэтому вот в этом списке персон там сверху есть поиск по персонам и там можно вбивать имя (фамилию, имя, отчество), а можно вбивать нужные вам слова: педагог, медик, инженер… и вы будете получать списки из людей этой профессии. Или «школьница», или «свидетель блокады Ленинграда».

Если, например, набрать в поиске «блокад» (начать набирать слово «блокада»), то вы получите очень важную для нас выборку из, по-моему, 630 дневников жителей блокадного Ленинграда, которая для нашего научного Центра и для Института обороны и блокады Ленинграда – ценнейший материал, с которым мы уже много лет довольно активно работаем, по которому мы уже издали несколько книг.

…

Три года назад мы начали готовить большой проект, которым мы очень хотели и хотим изменить ландшафт архивистики в России. Потому что мы решили работать в рамках общественной, демократической цифровой архивистики, то есть создать проект, который мог бы объединить владельцев домашних архивов и дать им те же инструменты, которые есть у настоящих, профессиональных архивистов, но в цифровом пространстве. То есть мы создаём единый каталог домашних собраний документов, в котором могут быть не только дневники, но и всё, что в домашнем архиве можно найти. …мы стараемся делать домашние архивы заметными, доступными.