Метафизика между верой и знанием: «конкретная» метафизика

Программа Артема Гравина

«Исследования и исследователи»

Цикл «Метафизика между верой и знанием»

Гость: Юрий Михайлович Романенко

Тема: «конкретная» метафизика

Эфир: 12 и 19 февраля 2026 г.

АУДИО

Программа посвящена соотношению классической и неклассической рациональности, обсуждению возможности «конкретной» метафизики на примере философии Мартина Хайдеггера, отца Павла Флоренского и Владимира Бибихина, а также некоторым характеристикам «событийной» философской мысли.

Юрий Романенко:

Отец Павел Флоренский известен словосочетанием «Конкретная метафизика», в которое он вкладывал особый смысл. Одна из его больших работ называется «У водоразделов мысли (черты конкретной метафизики)». Название симптоматичное. Водораздел разделяет два мира – метафизический и физический. И этим «водоразделом» Флоренским пытался конкретизировать метафизику с помощью объединения религиозной практики, богословия, науки, философии, искусства в некоем истинном синтезе.

…

Где же находится метафизика в нашей жизни? Мы уже не раз говорили о её положении между верой и знанием. Но что это подразумевает? Есть знаменитые слова апостола Павла «Есть же вера уповаемых извещение, вещей обличение невидимых» (Евр. 11:1). Я дерзаю истолковать эту формулу апостола Павла так, что вторая часть этой фразы имеет теоретический характер (делание видимым невидимого), а первая – практический (предвосхищение как реализация невидимого). Такая трактовка очень хорошо объясняет природу метафизических объектов. Те же идеи Платона представляют собой невидимый вид (древнегреческие «εἶδος» и «ἰδέα» буквально переводятся как «вид»). Но его идеи невидимые. Получается парадоксальный невидимый вид, в который верят, но и который узнают.

См. также: