fbpx
6+

Победное шествие карельского эпоса по европейской литературе

Информационное обозрение «Русский Север». Выпуск 71

Программа Екатерины Степановой.

Эфир 20 июня в 10.45

 

Продолжаем беседу с ученым секретарем Выборгского музея-заповедника Юлией Мошник о выставке «Помни о Севере». Юлия Мошник куратор этой выставки, и вот уже на протяжении нескольких выпусков очень подробно рассказывает, что же мы можем на ней увидеть.

 

В последнем выпуске речь зашла о «сказочных» народах, которые в нашем понимании – а уж в нашей стране, наверно, каждый читал сказки Андерсена – эти северные земли,  Лапландия, лапари, может быть в меньшей степени, но именно Лапландия известна нам с одной стороны, как известное слово, а с другой стороны – загадочное.

 

Но нам бы хотелось коснуться немного другой стороны этих сказочных земель. Большинство слушателей радио «Град Петров» слышали большой цикл д.н.ф. Светланы Всеволодовны Шешуновой «Братские миры», посвященный английским писателям Льюису и Толкину. Так вот, Толкин написал знаменитейшее произведение «Властелин колец». И Светлана Всеволодовна очень подробно рассказывала, разбирала, какие именно мотивы, какие материалы Толкин использовал для написания этого произведения – не только английские предания, европейские, например, скандинавские, но, в частности, очень был впечатлен «Калевалой». А это именно то, о чем мы должны обязательно поговорить:

 

«Да, да, конечно! «Калевала» имеет продолжения в совершенно разных сюжетах, казалось бы, очень далеких. Дело в том, что и в русской литературе она тоже нашла некие отклики, и в английской литературе, и в немецкой. Я думаю, что те, кто хотя бы немного знает про «Калевалу», для них не секрет, что уже сразу после того, как вышел шведский перевод «Калевалы», им сразу же заинтересовался Якоб Гримм и тут же начал читать лекции про «Калевалу». Таким образом, карельский эпос, карело-финский эпос вошел в мировую фольклористику победно, через самое громкое в фольклористике имя. И действительно, позиции «Калевалы» чрезвычайно сильны. Не лишним будет сказать, что и для ближних к Финляндии народов, скажем, для Эстонии, «Калевала» стала неким толчком к исследованиям собственной поэзии, и «Калевала» породила «Калевипоэг» Крейцвальда».

 

Так в чем же сила этого эпоса? Ведь не у всех этносов есть такие фольклорные произведения, которые влияют на литературу других народов.

 

«Может быть сила в особой метрике «Калевалы», калевальском стихе, который очень понятен, хорошо структурирован и обладает таким свойством легкого воспроизведения. Это дало возможность народной поэзии существовать веками почти не меняясь. И те руны, который Лённрот записывал сам, они, по всей вероятности, имели происхождение весьма и весьма древнее. Несмотря на то, что многие поколения рунопевцев пели, перепевали эти руны, но они оставались живучими, они оставались неизменными. Конечно, Лённрот провел колоссальную работу по их обработке, по созданию единого цикла, эпоса. Все-таки записывал он отдельные руны, которые никак не складывались вот в это общее лукошко. Ему где-то приходилось хвосты обрезать. Но, тем не менее, этот литературный подвиг, он практически беспрецедентный. Потому что для того, чтобы создать единый эпос, нужно было создавать язык по-настоящему. И история создания «Калевалы» это история долгих и долгих путешествий, знакомство с людьми, путешествия иногда в крайне тяжелых условиях, когда Лённроту приходилось чуть ли не на голой земле ночевать, когда он совершал долгие переходы. Но в юности здоровье еще это ему позволяло. И его успех в этой работе был настолько заразителен, что, собственно, и сложилась этнографическая школа по следам Лённрота. Она вся так или иначе завязана на «Калевалу». «Калевала» – это краеугольный камень финской культуры, несмотря на то, что эпос прежде всего карельский. Финским его можно назвать только с большой натяжкой. Все главные руны «Калевалы» записаны в Карелии восточной, Русской Карелии.

 

И какова же эта сила калевальского духа, что спустя многие-многие десятилетия художники, русские художники продолжают зачитываться этим эпосом и иллюстрировать его. Ведь иллюстрации к «Калевале», созданные русскими художниками, одни из лучших. Наверно, нет тут преувеличения, есть имя бесспорное, имя Аксели Галлен-Каллела – он главный иллюстратор «Калевалы», но если мы хорошенько подумаем и вспомним издания  «Калевалы», то все равно иллюстрации русских художников, художников филоновской школы – Мюда Мечева, Георгия Стронка, они все будут в ряду самых лучших, самых лучших, самых точно почувствовавших дух калевальский.

 

Юлия Игоревна Мошник, куратор выставки

 

И на нашей выставке, я очень рада этому, именно иллюстрации к изданиям «Калевалы» представлены. Обойти это невозможно. У нас любопытные и сами по себе издания «Калевалы» представлены, и иллюстрации к ним. У нас представлены работы Мюда Мечева и Юрия Люкшина, петербургского мастера. Т.е. Москва и Петербург. И «Калевала». Безусловно, лучшие мастера в этой области. Жизнь Мюда Мечева вообще с «Калевалой» связана. Он ради того, чтобы понять дух «Калевалы», приобрел дом в окрестностях Петрозаводска, чтобы чувствовать эту природу, чтобы чувствовать этих людей. И в его первой серии калевальских работы было портретное сходство, когда он изображал персонажей «Калевалы», он имел в виду конкретных людей. Потом уже второй цикл, именно эти работы – линогравюры к изданию «Калевалы» 1975 года – там уже нет этого портретного сходства, там уже символическое обобщение, но зато изумительные образы северной природы. Изумительные, ни на что не похожие, восхищающие своей точностью! Как Мечев показывает северное сияние, льды, невысокие деревья этой приполярной природы – лед на озере, лед на окнах! Мы видим иллюстрации именно к великой северной поэме в работах Мюда Мечева.

 

Разумеется, для того, чтобы видеть работы Мюда Мечева, необязательно в Выборг ездить, можно книгу открыть. Но когда в пространстве выставки они представлены, это совсем другое впечатление. Тут может быть единство места и того, что изображено, может быть так. Может быть, влияет еще то, что иллюстрации к «Калевале» у нас показаны в одном зале с карельскими украшениями. Мы карельскую традицию от древней карелы, от первого тысячелетия прослеживаем до века двадцатого».

 

Мы продолжим говорить о «Калевале» и фольклорной теме в нашем следующем выпуске. Напоминаем, что четвертая выставка проекта компании «НорНикель» «Освоение севера. Тысяча лет успеха» проходит в Выборгском замке – это Выборгский музей-заповедник – и называется она «Помни о Севере». Выставка продлится до 25 июля 2018 г., и вы еще вполне можете ее посетить.

 

Аудио, фото – Екатерина Степанова.

 


Наверх

Рейтинг@Mail.ru