6+

«…Наша радость о солнце преобразуется в христианстве. Для нас солнце – это Христос». Протоиерей Максим Плетнев в программе «Словарь» о слове «солнце».

М.Михайлова: Здравствуйте, дорогие братья и сестры, с вами радио «Град Петров», передача «Словарь». И сегодня мы будем говорить о слове «солнце». И нашим собеседником будет иерей Максим Плетнев, здравствуйте, батюшка.

М.Плетнев: Добрый вечер!

М.Михайлова: Вот мы сегодня говорим о солнце, и так получилось, мы не выбирали это слово, потому что мы разбираем, как они появляются в Книге Бытия, так они и возникают, эти слова. Но мне кажется весьма не случайным, что именно после Рождества Христова, на Святках, в то время, когда мы поем рождественский тропарь и говорим о том, что воссияло Солнце правды Христос Бог наш, мы сегодня будем говорить о слове «солнце», о том, что это такое. И мне бы хотелось задать вам первый вопрос. Что солнце значит в вашей жизни? Любите ли вы солнце? Потому что есть люди, которые прячутся он него, надевают темные очки, переходят на другую сторону улицы. А есть, наоборот, такие ярые солнцепоклонники.

М.Плетнев: Ну, я, можно сказать, почти солнцепоклонник, солнце люблю. Был у меня языческий период в моей жизни, не совсем языческий, но не христианский. Крестился я уже тоже в сознательном возрасте. Сейчас распространены всякие знаки зодиака, и вот я узнал, что у меня солнечный знак. Как-то я после этого очень хорошо отнесся к солнцу, так как-то с радостью. Ну, и я думаю, что не только я, думаю, все люди с радостью воспринимают солнце. К сожалению, у нас земли северные, солнце не часто бывает, особенно сейчас, в эту погоду. И как радостно для всех нас бывает увидеть солнце. И естественно, эта наша радость о солнце, как верно заметила Марина, конечно же, преобразуется в христианстве. И, действительно, вот так совпало дивным образом, что на Святках, когда мы восхваляем Христа, Солнце правды, когда поем о том, что Бог, придя в этот мир, осветил его, мы говорим о солнце. И в этом смысле, конечно, христианское понимание солнца отличается от всяких суеверных пониманий, от оккультных, полуоккультных, языческих. Для нас солнце – это прежде всего Христос. И конечно, библейское понимание солнца часто используется как сравнение. Именно с Богом, для того чтобы показать, дать возможность людям представить Бога, Его действия в этом мире. Это часто описывают именно через солнце и действие солнца в этом мире. Солнце освещает мир физический, а Бог является Солнцем для мира духовного. И вот вольно или невольно, конечно же, в христианской жизни, когда человек обретает Христа, как это произошло со мной, то вот это все наполняет, конечно, исправляет такие языческие моменты отношения к солнцу. И уже радуешься… отчасти, конечно, не всегда, но время от времени как-то уж солнце ассоциируется уже не только со светилом, но вот есть уже такой момент, вспоминаешь о Боге с радостью.

М.Михайлова: Наверное, в этом и есть особенность христианства, потому что оно весь мир приводит к Богу. Христианство – это утверждение мира в его правде, как он сотворен Господом, прославление Творца. Вот так он и должен восприниматься человеком. И я тут принесла стихотворение Гавриила Романовича Державина, в котором он говорит о Христе, собственно говоря, но он все время сравнивает Господа с солнцем. Это огромная такая ода, поэтому мы ее, наверно, всю не будем читать, но все-таки вот Державин говорит:

…сущий Ты,
Что человеком чтим и Богом?
Лице, как солнца красоты!
Хитон, как снег во блеске многом!

И действительно, здесь он цитирует евангельский рассказ о Преображении, ведь там сказано, что лицо Его воссияло как солнце, и одежды стали белыми как снег. Т.е. эта традиция сравнивать Господа с какими-то природными проявлениями освящена Евангелием.

М.Плетнев: Это библейская традиция, евангельская. В том числе святоотеческая традиция. Но мы все знаем с вами такой пример, наверное… Насколько я понимаю, все-таки не очень верный пример, когда Бога-Троицу пытаются объяснить через солнце, что Бог-Отец – это диск, а лучи – это Христос, а тепло – это Дух Святой. Григорий Богослов отрицал этот пример. Как раз-таки он считал, что это неправильный, такой еретический взгляд, поскольку диск, лучи и тепло – это по сущности разные явления, у них разная природа. Он говорил, не одно солнце, а три солнца. Но тоже использовал солнце для объяснения Бога-Троицы, он говорил, что три солнца воссияло. Вот такая древняя традиция, но при этом можно вспомнить, что в Библии начинается-то с Солнца… В книге Бытия как солнце представлено? Оно представлено просто как светило.

М.Михайлова: Да, светило дневное.

М.Плетнев: Светильник даже вот такой. Почему? Конечно же, в этом, наверное, был такой момент некоторого спора с языческими религиями, естественно, поэтому поначалу мы видим, что определяется три таких действия солнца, для чего оно создается: управлять днем, второй момент – это для знамений, а третий момент –освещать землю.

М.Михайлова: Т.е практически как лампочку повесил Господь… И она светит нам.

М.Плетнев: Ну, тут такой момент знамения тоже. Определимся, что знамения не в смысле языческие знамения, а знамения, в том числе календарь, день, часы и так далее. Действительно, светильник. Кажется, что этот календарный момент –основополагающий. Ну вот, в первом библейском рассказе говорится о том, что нужно считать времена и сроки, для дней и годов. И, конечно, наш календарь, он солнечный. 365 дней – это период обращения вокруг солнца, и 12 месяцев – это солнечный кругооборот, поэтому вот солнце – такой космический ориентир. Какая-то такая сияющая точка, вокруг которой мы можем и пространство как-то строить, потому что где восходит солнце, там восток. И время мы по нему считаем. Т.е. солнце это такое мерило времен и пространств. И в тоже время солнце, конечно, своей энергией дает возможность быть жизни. Энергия солнца в Библии опять-таки, это очень интересно, ведь можно в буквальном смысле, исходя из нашего естествознания говорить, что солнце для земли является жизнедавцем.

М.Михайлова: Да.

М.Плетнев: Но в Библии подчеркивается, что именно просто светило, подчеркивается, что Жизнедавец есть Бог, конечно же, не солнце, а Бог, Который создал солнце. Вот такой момент важный, мне кажется. Для правильного понимания особенно в сегодняшнее время. Я перед передачей вот тут посмотрел даже, заглянул в Интернет, что пишут о солнце. Конечно, очень много каких-то оккультных вещей. Вот всем нам знакомый современный апологет отец Андрей Кураев говорит о том, что у нас в России общество победившего оккультизма. Может, конечно, он так очень сурово…

М.Михайлова: Полемически заостряет, конечно.

М.Плетнев: Так дискуссионно, но, тем не менее, доля правды какая-то, конечно, в этом есть. Вот есть такая в народе склонность… не к серьезному оккультизму, скажем, а в таком поверхностном смысле это все проявляется. И вот в этом смысле христианство дает трезвение, трезвенное отношение, что не надо одухотворять солнце, не надо придавать ему какие-то божеские значения. Вот такая, можно сказать, идет некоторая борьба.

М.Михайлова: Против создания такой солярной мифологии.

М.Плетнев: В том числе и современной. Ведь сколько уже веков… Неизвестно, когда появилось первая языческая религия, которая восхваляла солнце. Ну, в том числе некоторые предполагают, что первым именно появилось такое отклонение от истинного Бога именно в поклонении солнцу. И сколько уже тысячелетий прошло, но до сих пор что-то такое новое зарождается. А наше дело-то христианское как-то все привести ко Христу. И дивна сама, наверно, история праздника Рождества Христова, ведь это был один праздник, Богоявление – единый праздник, и весь этот период сейчас для нас это все период Богоявления, с начала рождественского поста и весь пост, Рождество, Святки и до Отдания Крещения, все Богоявление – такое особое время для церковной жизни. И по преданиям, в том числе, этот праздник Рождества праздновался в Богоявление. В этот день праздновалось и Крещение, и Рождество одновременно, в том числе установили это празднование для того как раз, чтобы отвлечь от язычества.

М.Михайлова: Когда был день солнца в Римской империи.

М.Плетнев: Да, в день солнцепоклонения. Мне кажется, во многих культах, практически во всех языческих культах было поклонение солнцу, в славянских культах…

М.Михайлова: Это очень было распространено. Я тоже сегодня заглядывала в какие-то книжечки, и там говорят о том, что отчетливое поклонение солнцу появляется в развитых обществах, где возникает сильная централизованная власть. Историки религии, анализируя это дело, выдвигают еще такое предположение, что вот сам образ солнца как центра мира начинает осознаваться тогда, когда в человеческом сознании возникает некая идея интеграции. Не просто уже племена всякие там хаотические перемещаются в пространстве, а вот там, где была империя, скажем, в Египте. Мы знаем, что был очень развит этот самый культ Омона солнца. И, конечно, всегда это вот какое-то представление о том, что мир построен иерархически, в нем есть некий центр, и вот этот центр, он и есть солнце, дающее жизнь, жизненную силу.

М.Плетнев: Я, честно говоря такого не встречал именно знания о таком соотношении государственной структуры и религиозной вот в смысле солнца. Насколько я понимаю, вообще, в развитом обществе может быть развита религиозная система, но, насколько мне известно, и в неразвитых обществах, в первобытных племенах очень сложные религиозные системы.

М.Михайлова: Конечно, и очень такие разветвленные. Семейные отношения там, между этими звездами.

М.Плетнев: Такие, можно сказать, очень тонкие понятия о духовном мире. Порой, насколько я понимаю, даже такие, которых лишены современные люди такой безбожной эпохи, такого все-таки атеистического духа. Поэтому, насколько я знаю из сравнительного богословия, что все-таки Единый Бог, а именно Он часто является Богом солнца, был практически во всех религиях, какое-то единое божество или отблеск этого единого божества.

М.Михайлова: Какой-то источник единый.

М.Плетнев: И в этом смысле мы можем говорить, конечно, о вот той первой религии Адама и Евы и первых наших праотцев, которая отображается во всех религиозных системах. Ну, здесь, наверное, вообще следует говорить о том, с какой точки зрения смотреть на языческие культы, или, скажем, на любые религиозные системы. Если смотреть с точки зрения, собственно говоря, атеистического сознания, то шаманизм является прогрессом, конечно, совершенным прогрессом. Это шаг вперед, и, действительно, это признание вечной жизни, бессмертной души и так далее, духовного мира. А если с точки зрения уже истины Христовой, конечно, шаманизм это уже сатанизм. И в этом духе мы рассматриваем, что если именно сойти вниз и посмотреть наверх, то мы можем увидеть, что вот это восхваление солнца в каком-то смысле в языческих культах является и восхвалением истинного Бога. Так говорить, может быть, немного смело, но основа есть.

М.Михайлова: Я думаю, что насколько они могли, они и видели, действительно, насколько им открывалось божественное присутствие. И ведь то, что вы говорите, что солнце во всех этих языческих культах почитается именно как источник жизни, вот отчасти такие представления сохраняются и в Ветхом Завете. Скажем, в Книге Экклезиаста говорится, что «сладок свет и приятно для глаз видеть солнце», и там все время повторяется «и нет ничего нового под солнцем». Т.е. что такое пространство человеческой жизни? Это то, что очерчено кругом движения солнца, и то, что происходит под солнцем, – это и есть жизнь. И мы и сейчас, когда темно, очень хорошо это чувствуем. Нет солнечного света, нет сил, дети не могут утром подняться в школу, взрослые еле живые, как-то функционируют из последних сил, а вот скоро уже мы будем совсем другими. Потому что мы увидим этот солнечный свет.

М.Плетнев: В этом смысле, наверное, современная наука лишила современного человека такого возвышенного отношения к солнцу. И человек уже смотрит на солнце не так, действительно, как мы можем смотреть на светила, которые создал Господь. Действительно, Бог дает жизнь через эти светила, через солнечную энергию, подает жизнь всему сущему. Воистину, дает нам свет нашей жизни. Но современный человек уже может к солнцу относиться просто как к небесному телу, которое имеет свой объем, массу, какие-то километры, энергии и так далее. И здесь уходит это возвышенное. Мне кажется более верное отношение, все-таки. Именно как к творению Божиему, удивительному творению, ведь мы знаем, что есть другие звезды, но мы не видим их так, как мы видим эту звезду. Они для нас не являются настолько глобально значимыми в нашей жизни.

М.Михайлова: И более того, именно солнечный свет затмевает от нас вот эти дневные звезды, ведь почему мы не можем их видеть? Потому что светит солнце. Вот даже когда по улице в городе идешь, даже сейчас есть звезды на небе, но мы их не видим в городе, потому что эти желтые фонари через каждые несколько шагов нам не дают видеть звездное небо. И когда есть тоже солнце, ничего нет практически, только вот это сияние в небесах. И я думаю, что языческое обожествление солнца в каком-то смысле гораздо более соответствует христианской истине, чем вот этот падший подход: масса такая-то, протуберанцев столько-то. И получается тогда, что весь мир как будто бы понятен, подвластен, все нам как-то открыто, хотя на самом деле, мы даже смотреть на солнце не можем невооруженным глазом, что называется, нам нужно какое-то черное стекло. И поэтому, конечно, если бы мы могли не то чтобы вернуться к язычеству совсем, я не об этом, но вернуться к какому-то чистому восприятию мира… Да, когда мир предстает, действительно, как дар Божий, как чудо такое. Это был бы шаг вперед для нас.

М.Плетнев: Верно вы заметили, что солнце – это чудо. Действительно, надо подчеркнуть, что это ни в коей мере не языческое отношение к солнцу. Нет, это творение Божие. Да, Библия говорит, что это светильник, но тем не менее это чудо, которое постоянно вместе с нами и каждодневно освещает нашу жизнь. Мы не можем и помыслить нашу жизнь без этого чуда. Оно порой становится для вас привычным, но тем не менее, каждодневно радует нас, если мы видим и соприкасаемся с этим чудом. Вот к сожалению, у современного человека есть этот момент такого сухого отношения к жизни. Я бы даже сказал, безжизненное отношение к жизни, ведь многое уходит вот с этим прагматичным восприятием мира. И вот этот язычник, дикарь, который очень тонко чувствует духовный мир, становится даже в чем-то и более просвещенным, чем современный человек. Поэтому, в частности, можно вспомнить те же псевдорелигиозные движения, скажем, в 1960-х годах, вот эти увлечения какими-то языческими культами в Америке, кактусы, группа «Doors», всякие шаманы, Кастанеда. Это такая тоска по здоровому восприятию этой жизни, именно восприятию мира как чуда, которого уже нету в современном цивилизованном мире, к чему человек все-таки стремится. К сожалению, в этом стремлении человек попадает в западню язычества и оккультизма.

М.Михайлова: Вот для меня это загадка, потому что мне кажется, что христианское богослужение и Священное Писание настолько подлинно передают вот это священное, глубокое переживание мира. Я совершено без осуждения к этим людям, потому что у каждого, действительно, свой путь и какие-то свои особенности восхождения к Богу. Но вот это загадка для меня: как можно впасть в какого-то Кастанеду, если рядом есть вот это сокровище? Это тоже какой-то парадокс наших дней. Потому что все открыто, двери храмов настежь, пожалуйста, иди и пей, припадай к источнику воды живой. Но почему-то люди зачастую ищут какой-то экстравагантности и какого-то такого «особенного пути».

М.Плетнев: Ну, вот уходят от Солнца правда, уходят от Христа, и, действительно, в моей пастырской тоже службе есть такие примеры, буквально, когда люди, действительно, отказываются от христианства и чем-то привлекаются, собственно говоря, к этому Кастанеде. И для меня это тоже поразительно, что они могут там находить? Потому что здесь уже видится, что человек обращается к этому такому гнилому источнику не потому, что он не знает христианства или не понимает. Скорее это уже духовное явление, оно уже не поддается логическому разумному объяснению, это уже такая затемненность грехом. И здесь тоже такое… сравнение опять-таки с солнцем: Христос есть Солнце, Которое освящает человеческую жизнь, и вне солнца темнота, как грех, которая заполняет тоже нашу с вами жизнь, к сожалению.

М.Михайлова: Да, где нет жизни просто уже. И вот еще, кстати сказать, про солнце как все-таки творение Божие, как вот это самое светило на небе. Ведь в Библии множество каких-то историй о том, как солнце послушно Богу. Ну, все мы знаем, как Господь остановил солнце, чтобы оно светило в глаза врагов, когда нужно было Иисусу Навину победить, или еще какие-то рассказы о том, что солнце слушает слово Божие. И, между прочим, в античности тоже есть такие истории про то, что солнце всегда на стороне праведника, когда Атриды соперничали друг с другом, то остановившееся солнце указало на того из братьев, кто был прав, за кем была истина. Т.е. получается, что солнце абсолютно послушно своему творцу. Оно каждый день совершает свой круг так, как надо, по расписанным траекториям, зимой у него одна, летом другая. Если Господь говорит ему «остановись», оно останавливается. Потом мы помним, что когда умирал Господь на кресте, то было солнечное затмение. Т.е. солнце, при всем своем величии, являет нам еще пример совершенного послушания, вот мне кажется, в этом тоже есть такая красота созерцания неба, потому что там все абсолютно правильно.

М.Плетнев: Ну, я не согласен, что там правильно. Все-таки солнце – это материя, и весь материальный мир подвержен разложению и тлению, и солнце в том числе. Но действительно, в Библии солнце предстает в том числе как образ постоянства, и оно является образом Бога, это одно из божественных качеств. Постоянная сила солнца, вот эта энергия, которую оно дает, ведь если мы сдвинем в одну или другую сторону эту энергию, жизни не будет на земле. И вот многие тысячелетия солнце светит, освещает этот мир, дает энергию, тепло в этот мир постоянной вот такой величиной. Опять-таки, постоянный круг солнца, действительно, послушание. Но здесь можно говорить о том, что «всякое дыхание да хвалит Бога». И солнце в том числе. Ведь весь мир, вся вселенная и солнце – единый храм, славящий Бога. Конечная цель – обожение всего мира и солнца.

М.Михайлова: И еще я вспомнила сейчас, когда слушала про то, что «будьте совершенны как Отец ваш небесный». Вот какие два примера предшествуют этому великому выводу? Господь говорит, что солнце светит на праведных и неправедных, и дождь поливает поля добрых и злых. И вы будьте такими же совершенными, как Отец ваш Небесный. Т.е. вот это великолепное равнодушие солнца, равнодушие не в том, что все мы безразличны, а в том, что каждый… на каждого оно светит, спокойно проливает свой свет. Ведь в этом тоже есть такой момент для созерцания, для размышления. Вот эта ровная щедрость солнечного света. Когда, скажем, в святоотеческих писаниях мы читаем об этом совершенном бесстрастии, которое предлагается христианину… Наверное, речь идет о чем-то близком, об этой ровной, такой спокойной, теплой любви, которая может изливаться на любого человека.

М.Плетнев: Конечно, тут опять-таки прекрасный пример. Мы снова видим, что даже Сам Христос, Сын Божий использует солнце для объяснения, для того, чтобы мы соприкоснулись или ощутили Бога в себе. Это, конечно, такая, можно сказать, Божественная санкция для того, чтобы мы к солнцу относились как не к языческому такому какому-то элементу, а именно как к творению Божьему. И даже имеющему благословение на то, чтобы изображать Бога. Но конечно, не как иконы ни в коей мере. На это мы не дерзаем. Но вот я бы хотел, может быть, еще вот какой темы коснуться, эта тема всегда интересовала – вот этот центр Вселенной. Ведь до Коперника, по крайней мере были еще и другие, так сказать, мыслители, которые оспаривали то, что земля является центром Вселенной. Но, тем не менее общепринятым таким пониманием было, и библейский рассказ, опять-таки, о тверди небесной, светилах… Вот прав ли Коперник, или права Библия, несмотря, так сказать, на современные научные знания? Этот вопрос меня очень всегда интересует и порой кажется, что Коперник не прав, и все-таки земля является центром Вселенной. Именно этот мир и мы с вами. Современная наука знает такой принцип как антропологичность, что весь мир так дивно устроен, что в нем является возможность для создания органической жизни или для создания человека. И эти случайности, эти соотношения, буквально там какие-то доли процента, дают нам возможность жить. И если нарушить эти соотношения, в том числе и солнечный свет, солнечная энергия, расстояние земли от солнца, то жизни бы не было. А есть такая современная вот мысль, она достаточно ясна и логична, о том, что мир создавался изначально так, чтобы в этом мире явился человек. Вот в таком-то духовном смысле центр Вселенной все-таки земля.

М.Михайлова: Ну да. Но ведь и библейский рассказ Книги Бытия, там же так интересно все описано, что Господь произрастил растения для человека, насадил Эдемский сад. Для него создал животных, которых всех по очереди привел. Т.е. там, конечно, отчетливое такое геоцентрическое строение мира. А можно я вас спрошу, батюшка, если вы об этом как-то думали и интересовались, вот в современном богословии рассматривается ли возможность каких-то других вариантов жизни? Потому что вот мне как-то всегда казалось, что есть человек и достаточно. Но в науке говорят, что теоретически возможны какие-то там другие разумные существа.

М.Плетнев: Насколько я знаю, вроде бы Василий Великий делал такое предположение о других каких-то мирах… Вот все, что я знаю из Святоотеческой литературы. А так, опять-таки, с точки зрения богословской идеологии, не должно быть. Тогда получается, что два Христа…

М.Михайлова: Уж как-то избыточно…

М.Плетнев: Да, если еще вот разумные есть существа… И здесь тоже ведь вопрос: может быть, жизнь-то органическая возможна, почему нет? Но вот образ Божий, человек как образ Божий – только земля, только вот наше с вами время, я имею в виду наши тысячелетия. Вот мы говорим о современном стремлении человека, лишенного естественного какого-то восприятия жизни, что оно направляет в том числе их духовные устремления к оккультным вещам, в том числе и к фантастическим мирам.

М.Михайлова: Да, кстати сказать, все эти инопланетяне, зеленые человечки…

М.Плетнев: Жажда религии, веры, в конечном-то итоге, наверное. Опять-таки, тоска из-за одиночества в этом мире, желание найти этот неземной разум – это в общем-то тоска по Богу в конечном итоге. И у меня есть свидетельство, которое я всегда, когда возникают такие вопросы, привожу. Уже такое практическое свидетельство. Один раз я познакомился с одним христианином, который был человеком совершенного технического ума. Он занимался в «Ленэнерго» техническими машинами, обеспечивал их работу. И он, соответственно, как технарь, такой человек был нерелигиозный, и он увлекся уфологией, полтергейстами всякими.

М.Михайлова: Летающими тарелками.

М.Плетнев: Да, вот этими объектами. И он, как технический опять-таки ум, он сразу что сразу стал делать? Составлять технику безопасности, поскольку, собственно говоря, все люди, попадая в этот круг, получают какие-то, так сказать, травмы, в том числе и духовные, и физические, и психические. И когда он составил этот список, так сказать, что же помогает – тогда он обрел веру и уверовал в Бога. Оказалось, что техника безопасности против инопланетян – это крестное знамение, 90-й псалом, святая вода. Вот, это реальное такое свидетельство, очень интересное, показательное, уже практическое.

М.Михайлова: Да, интересно, действительно, забавно. Ну вот, вы правы в том, что это жажда иных миров, какая-то мысль такая. Она тоже, наверное, от исчерпанности рационализма. Потому что вот уже нельзя больше жить в таком мире, где все объяснимо, все так вот плоско раскладывается.

М.Плетнев: Фантастикой интересуются – очень интересный момент – многие мужчины уже в годах. Это очень интересный момент. Порой даже люди и образованные, чаще всего.

М.Михайлова: Женщины меньше подвержены, мне кажется.

М.Плетнев: Вот, они как… ну, как взрослые… сказкой для них это становится… в то же время это очень интересный момент. И пишут фантастику, вы посмотрите, на их фотографии – все такие товарищи соколовы, отчасти.

М.Михайлова: Ну да, наверное, это интересно для них. Но, с другой стороны, конечно… Вот опять же, возвращение к реальности – это проблема номер один для нашего времени. Потому что я тоже знаю взрослых людей, которые кто женские романы читает, кто сериалы смотрит, кто там фантастикой увлекся. Получается, что жизнь проходит мимо, потому что человек в своем этом уютном более или менее вымышленном мире существует. А в это время солнце-то встает и заходит, они и не заметили. И мне кажется, современная культура очень нас провоцирует на то, чтобы вот какие-то параллельные формы существования находить, и в них забываться.

М.Плетнев: Такие субкультуры, действительно, страшные какие-то. Тот же «Дом-2» пресловутый. Все удивляюсь порой, даже бабушки смотрят «Дом-2», они даже погружаются в этот мир, люди уже пожилые, всю жизнь. А там эти участники три года живут, совершенное безумие.

М.Михайлова: Там какой-то ужас. И уровень… Иногда по этому каналу раньше была погода, передавали температуру воздуха, поэтому я смотрела там «Дом-2» 30 секунд в день. И, надо сказать, что они очень плохо общаются, все время оскорбляют друг друга.

М.Плетнев: Не выдерживают даже 30 секунд. Ну опять-таки, вот это неощущение реальной жизни как, действительно, чуда, которое дает нам Господь, и когда есть это ощущение, то в общем-то, возможны, наверное, какие-то такие послабления в жизни. Невозможно всегда быть натянутым как струна. Но, тем не менее, это ощущается таким достаточно несерьезным, ну не таким отдыхом с большой буквы, а такой передышкой малой, не более того. Такое созидательное, разумное уже не поглощает человека, не заполняет его. А человек все-таки заполнен остается Богом и реальной жизнью. Это уход от реальности. Может быть это является вообще проблемой всех людей, всего человечества. Но с другой стороны, современное человечество с этой иллюзией, которую дает нам телевидение, кино, – этой иллюзии не знали предыдущие века, то, что дает этот, действительно огромный, иллюзорный мир, который предстает. Были книги, какую роль сыграла художественная литература в истории цивилизации, в истории русской цивилизации, это тоже вопрос, есть и некоторые споры. А вот телевидение и современный кинематограф играет, и Ленин здесь прав, действительно, основную роль в сознании мировоззрения людей.

М.Плетнев: Да, это такая машина промывания мозгов, конечно. И в то же время все это дает возможность людям жить иллюзиями. А ведь это иллюзорное восприятие мира – это и есть греховное восприятие мира, это есть безбожие по сути своей. Жизнь иллюзорная есть жизнь безбожная. Мы все-таки должны стремиться к трезвению и к реальности нашего бытия, вот над чем должен работать христианин. Мы постоянно от этого отходим, потому что мы забываем о том, что мы умрем, и что мы видим весь этот материальный мир, но он тленный, он весь разрушится. Даже как вот мы видим, в Писании ученики показывают на храм. Так и наши храмы – прекраснейшие храмы – но тоже будут разрушены. Все материальное уйдет, это есть истина.

М.Михайлова: Да, и небеса свернутся как свиток, и солнце погаснет, и звезды осыплются, как листья осенние.

М.Плетнев: А человек воспринимает так, что вот этот мир материальный, он для него реальный. Вот есть такое сравнение, что мы в этом смысле похожи на буддистов, индуистов, что это иллюзия. Но у них другое восприятие, они говорят, что мир иллюзорный в принципе. Нет, мы говорим, что материальный мир тоже реален, но он не вечен, и это есть реальность, что он невечен. А мир духовный, который мы часто не видим, не чувствуем, вот он вечен, он является истинным миром.

М.Михайлова: Ну что же, вот мы и пришли с вами примерно к тому, с чего начали, – к тому, что Христос есть Солнце правды. И вот человек может выйти на свет солнечный и жить в истине, в такой реальности настоящей. Ну что же, спасибо вам большое, отец Максим, за участие в нашей программе.

М.Плетнев: Спасибо, что пригласили меня.

М.Михайлова: Спасибо всем, кто нас слушал сегодня, спасибо нашему оператору прямого эфира Татьяне Брашниной, и до следующих встреч. До свидания!

М.Плетнев: Храни вас Господь, с Рождеством Христовым!

М.Михайлова: Да «Христос Родися!», как говорят в Сербии.

Наверх

Рейтинг@Mail.ru