fbpx
6+

Неделя Савченко

Программа Александра Крупинина
«Неделя»
Священники комментируют события прошедшей седмицы

Прямой эфир: 21 апреля 2013 г.

Александр Крупинин: Сегодня у нас в гостях клирик храма во имя Преображения Господня на улице Орбели, отец Николай Савченко. Отец Николай, давайте начнем обсуждать очень важный, ставший больным, вопрос о миграции. Мне было бы интересно знать, что Вы об этом думаете.

Священник Николай Савченко: Христианский взгляд на эту проблему чрезвычайно важен. Я бы хотел вначале коснуться причин возникшей проблемы. В чем главная проблема демографического провала нашей страны? Она очень проста, но ее редко озвучивают. Говорят о сложных реформах 90-х годов, о падении рождаемости вследствие Великой Отечественной войны, репрессиях, это все так. Но главная причина этих тяжелых проблем в области демографии, постепенного вырождения нашей страны – это аборты. Наша страна стала первой в мире по количеству абортов на душу населения. Аборты были разрешены в 1920 году, и в первые 15 лет количество абортов возросло грандиозно – более чем в 10 раз! В 1935 году в Москве на одного рожденного делалось почти 3 аборта, в Ленинграде – порядка 2,5. Это был первый удар по естественному воспроизводству нашего населения. Есть такое заблуждение, что Сталин запретил аборты, это неправда, он не запретил их, а немножко ограничил: во время так называемого «запрета абортов» вполне официально, вполне легально только в Российской Федерации делалось от 350 тысяч до миллиона абортов в год. Уже тогда были заложены эти страшные условия для дальнейшего падения рождаемости, а вскоре после этого аборты стали даже пропагандироваться, и в 64-65 годах в РФ делалось более 5 миллионов абортов, а с 65 до 90 года делалось не менее 4 миллионов абортов в год, это официальные данные. В результате, с 1920 по 2008 год в Российской Федерации сделано 220 миллионов абортов. Сейчас в России живут 142 миллиона человек, а 220 миллионов так и не родились. Мы по уровню абортов превзошли многократно, от 7 до 10 раз, все страны Западной Европы, Америку, Японию.

АК: Почему в других странах разрешены аборты, но их там меньше, чем у нас? Причина не только в разрешении или запрещении абортов?

НС: В Западной Европе, в некоторых штатах США аборты были разрешены в 70-х годах, но во всех странах Восточной Европы (социалистического лагеря) аборты пропагандировались, людям внушалось, что это – норма. Сейчас единственная страна в Западном полушарии с отрицательным приростом населения – это социалистическая Куба. И в социалистической России, и в странах Восточной Европы не было никаких возможностей у религиозных организаций, у церквей донести свою христианскую позицию до народа. Во всех социалистических странах церковь оказалась в гетто, где и мы были, и где сейчас Куба и Южная Корея.
Сейчас главная задача – это переломить эту страшную тенденцию, донести до человека, что аборты – грех. У нас много организаций, которые занимаются пропагандой против абортов, скоро будут слушания в Госдуме по этой теме.

АК: Но ведь для того, чтобы рожать большое количество детей, нужны определенные условия – экономические, в первую очередь. В Советском Союзе таких условий не было: люди жили в коммунальных квартирах, в бараках, не было средств для содержания больших семей.

НС: Скажу прямо, такой подход – это ошибка. Сейчас мы живем в гораздо лучших условиях, чем в 30-е годы, лучше, чем сейчас живут индусы, африканцы – жители бедных стран, но у них много детей. Здесь главное – ценность жизни как таковой. В России же больше покупается автомобилей в год, чем рождается детей, у нас на каждого рожденного ребенка около 4-5 загранпоездок в год. Нечего без конца пенять на нашу бедность или плохие жилищные условия: на каждого жителя нашей страны – 22 кв. метра жилплощади, по официальным данным. Конечно, это не много, но дело не в этом, а в ценности человеческой жизни, и не так важно, насколько велика квартира или достаток, но жизнь – выше всего, и это должно быть во главе угла. А вопрос образования, экономических условий – третьестепенный!
Теперь к вопросу о миграции: сейчас в нашу страну идет большой приток из республик бывшего СССР. На Западе тоже много приезжих, очень много, но это не повод считать, что Европа закончилась, что происходят грандиозные изменения национальной карты народонаселения. Дело в том, что дети приезжих ходят в местные школы и становятся местными. Например, из мусульман, приехавших на Запад, регулярно ходят в мечети только 5%, две трети из приехавших мусульман ни разу не приходят в мечети, около трети детей арабов во Франции не считают себя мусульманами, и столько же не считают себя арабами, около 15% мусульман уже приняли христианство, но, к сожалению, еще большее число – стали атеистами. Среди внуков приезжих примерно 97-98% становятся местными жителями, не знающими своего родного языка. Так везде и у нас то же самое. Это общая особенность всех народов. И наши эмигранты, приехавшие в другие страны, отводят детей в местные школы, дети разговаривают на местном языке, поют местные песни и становятся стопроцентными англичанами, французами, американцами. Точно так же дети африканцев или узбеков, приехав к нам, врастают в наше общество, женятся, выходят замуж, и становятся стопроцентными русскими. Происходит всемирная ассимиляция. Западные страны не страшатся этого, они умеют растворить в себе всех приезжих в общем плавильном котле, это удивительный и загадочный процесс. И у нас дети узбеков, киргизов, армян вырастут и станут нашими, русскими. Конечно, будут отдельные проявления нетерпимости, но только отдельные. Мы, как христиане, должны любить их, большая часть из них вольется в наше общество и станет нашими родственниками. Новоприезжие постепенно принимают культуру новой страны, поэтому не надо удивляться: скоро мы будем видеть узбеков, или детей узбеков, которые крестятся в наших храмах, ходят на наши службы, прислуживают в алтаре, потом мы увидим священников узбекского происхождения, это будет через 10-15 лет. Потому что точно так же было и на Западе, и не надо этого страшиться, но нужно внимательно следить, чтобы не возникали преступные национальные группировки (это дело наших правоохранительных органов). По поводу преступности я хочу подчеркнуть, что уровень тяжких преступлений в России и, например, в Таджикистане, Узбекистане – сравнимы, и тяжкие преступления у нас совершают, к сожалению, в основном, наши, русские, и наши тюрьмы всегда были переполнены нашими, русаками. Нам нужно, прежде всего, на себя смотреть. И еще: когда вы видите на улице узбека или таджика, вспомните о том, что наверняка у него дедушка или прадедушка воевал под Москвой, под Ленинградом, погиб под Ржевом или Минском. Мы, русские, не умирали под Ташкентом и не защищали Душанбе, а они защищали, и это очень трогает, мы должны относиться к ним по-христиански, как к соседям своим.

Текст: Н.М. Лукьянова

АУДИО-фрагменты в Контакте:  1   2   3

См. также:

Священник Николай Савченко в программе Александра Крупинина «Неделя»: о Феодоровском соборе в честь 300-летия Дома Романовых, о вопросе подлинности царских останков, об антиправославном вандализме, о новом главе Западной Церкви

>>

«У православных была Русская Православная Церковь Заграницей. Это была единственная институциональная организация, которая действительно помогала русским православным перемещенным лицам проживать, исповедовать свою веру, оставаться русскими и в то же время не уезжать в СССР, если они этого не хотели. Это была единственная институционально оформленная организация, которая действительно помогала каждому русскому человеку», – Александр Корнилов

>>

Иерей Николай Савченко в программе Александра Крупинина «Неделя»: «Как раз в это время 80 лет назад, в феврале-марте 1933 года, люди умирали с голоду в огромных количествах: 6 миллионов умерших – это официальные данные. И что сейчас мы об этом слышим? Ничего. В Сталинграде были окружены около 300 тысяч, а жертвы голодомора – это 20 таких группировок! И мы молчим об этом. А слышим что? О переименовании Волгограда в Сталинград… Как же мы можем давать  городу имя того, кто был крупнейшим гонителем Церкви Христовой за всю ее историю?!»

>>

5 лет после воссоединения Церквей. Протоиерей Николай Артемов: «Я думаю, что наибольшее убеждение шло через единение в пастве. Через опыт встречи с людьми, которые приезжали из России и говорили просто к сердцу священника. Священник, исповедуя этих людей, должен был реагировать на новую паству, пускай эта паства приезжала только временно. Почему южоамериканские приходы отошли после воссоединения? Потому что они меньше всего соприкасались с этим феноменом»

>>

Программа Александра Крупинина «Неделя» – священники комментируют события прошедшей седмицы

>>

Репортаж Александра Ратникова об открытии в Санкт-Петербурге работы III Международных исторических Головинских чтений

>>

 

 

Наверх

Рейтинг@Mail.ru