fbpx
6+

В «другой мир» нужно взять что-то из Византии или Сасанидского Ирана

Программа Екатерины Степановой

«Русский Север»

Информационное обозрение. Выпуск 99

Эфир 9 января 2019 г., 10.45

АУДИО + ТЕКСТ + ФОТО

 

После того, как мы достаточно подробно познакомились с исторической частью, концепцией, которая легла в основу шестой выставки проекта компании «НорНикель» «Освоение Севера. Тысяча лет успеха» и называется «Предчувствие Севера. Пермский путь», мы перейдем к самой экспозиции и попытаемся, насколько это возможно в формате радиопередачи, познакомиться с визуальным рядом, иллюстрирующим историю.

 

Выставка начинается довольно узким небольшим залом, в витринах которого представлены памятники археологии. И тут мы можем в полной мере понять все те тонкости обычаев и традиций, а также мировоззрения древних народов, населявших эти земли. Потому что археологические памятники, открывающие выставку, это как раз примеры тех предметов, которые прятали в святилища, как мы помним из прошлых программ «на верху холма на берегу реки у покляпой березы». Эти святилища должны были помочь человеку пройти в другой мир – небесно-водно-подземный (вот так все сразу), – но предварительно предметы эти надо было привести в соответствующее состояние, т.е. «умертвить». И отсюда появляются надломленные стрелы или разрезанные на фрагменты пояса или ножны. Также такому переходу способствовали предметы звериного стиля, на которых изображены животные, живущие сразу в двух или трех мирах – подземном, подводном или небесном, т.е. водоплавающие птицы, какие-то земноводные животные, роющие норы и т.р. Находятся в этих святилищах или могильниках и особо ценные предметы, привезенные с юга – из Византии или Сасанидского Ирана.

 

И все это, можно сказать, нижний ярус зала, а верхний – это пейзажи из Пермского художественной галереи, на которых отображены местные ландшафты. Очень живописные. Конечно, созданы они уже, можно сказать, в наше время, по сравнению с древними временами, это работы XIX века, но природа, запечатленная на них, совершенно иная, еще не тронутая промышленным переворотом. Глядя на них, мы как раз и можем себе представить, в каких примерно местах находились такие святилища и могильники, в которых сохранялись все эти ценные предметы, почувствовать всю эту речную сеть Прикамья, по которой прокладывались пути через эти места.

 

О выставке «Предчувствие Севера. Пермский путь» рассказывает ее куратор, президент Пермской художественной галереи Надежда Владимировна Беляева.

 

«Пространство построено таким образом, чтобы мы видели постепенно проявляющиеся культурные слои. Когда мы с вами подходим только к выставке, мы видим пейзаж. Это местный пейзаж, это и река Чусовая – одна из главных, наряду с Камой, артерий, по которой люди шли. В Перми, которая имеет тридцать тысяч рек, поселения были прежде всего по рекам. Река была главной артерией, которая связывала территории. И вот мы подходим и видим пейзаж этой земли. Дальше мы видим древности – Баяновский могильник, это вещи IX-XI века. Среди них уникальный византийский пояс. Видимо это мужской пояс, и вся витрина мужская – маски, наконечники – боевая такая витрина. Он старше этого могильника на 250 лет. Значит, по мужской линии этот пояс передавался из поколения в поколение. Наверно, закончилась эта линия, и этот пояс был очень дорог этому последнему человеку, и пояс «умерщвляют», разрезают на части и кладут в захоронение вместе с владельцем. Пояс этот очень редкий.

 

Еще Каролингский меч. Это очень редкая и древняя находка. У нас их всего два на территории нашего края. Вот один нам в музей предоставили на выставку. Надо сказать, что у выставки тринадцать партнеров – это десять наших музеев плюс Екатеринбургский музей и др. Так вот подходя и рассматривая пейзажи, ты вдруг видишь, что эта земля хранит вот это богатство. Т.е. ты видишь сначала один культурный пласт, и потом ты углубляешься более глубоко в землю. А земля иногда ведь просто выталкивает. Ведь находили Сасанидские блюда, которые, казалось бы, лежали глубоко, но вдруг они выталкиваются.

 

А дальше женская витрина. Тоже с масками, которые клали на лицо. Естественно, и различные женские украшения. И женский кинжал тоже с ножнами. Конечно, у мужчин было посерьезнее оружие, но у женщин тоже были кинжалы. Эта земля никогда не была медвежьим углом. Археологи говорят, что когда ты понимаешь, какие тут богатства – и Сасаниды, и Иран, и Византия, и все здесь, и это показано в витринах, мы все думаем, что раньше жили как-то неуклюже по сравнению с нами, а на самом деле, когда погружаешься в тему, ты понимаешь: люди жили, преобразовывали что-то, шел какой-то цивилизационный процесс, и это естественное продолжение жизни, они ничем не хуже нас. Так же думали, любили, строили, освобождали эту территорию.

 

И вот если в первом зале нам тесно, неуютно, обступает тебя тут все, то во второй зал мы входим и видим свет. И здесь представлена тема христианизации края. Христианство – это не просто приход каких-то людей с другой верой, но это, прежде всего, миссия. Приходили и показывали другие возможности бытия, другие возможности организации своей жизни. И тут мы видим икону Стефана Пермского.

 

Несмотря на то, что не успел он дойти до конкретно наших мест, тем не менее, этот его посыл с верой на восток, на наш север, подхватили три крестителя земли Пермской. Герасим и Питирим, двое первых были убиты, наконец, Иона все-таки крестил Пермь Великую, но после него пришел Федор Пестрый и «докрестил». Поэтому вопрос христианизации мы здесь рассматриваем именно с тех досточтимых святых, которые были в этом крае. И не случайно здесь икона Варлаама Хутынского и Прокопия Устюжского. А оказывается, Прокопий Устюжский – покровитель Чердыни. Ну при чем тут Устюжский и Чердынь?! А это нам опять-таки говорит о пути русских, о том, как они шли. Прокопий Устюжский – покровитель Чердыни, а в Чердыни очень много устюжских фамилий.

 

И здесь же мы показываем зырянскую азбуку. И совершенно уникальные деревянные венцы, выполненные под северным русским влиянием. Мы ставим здесь пару – коми-пермяка и русскую девушку, которые венчаются. Это манекены в национальных одеждах. Основное население этих земель – коми-пермяки. Здесь были вогулы, но основное население все же коми-пермяки, поэтому христианизация прошла достаточно спокойно. Коми-пермяки не воинственные.

 

И тут же икона «Восемьдесят пять чердынских мучеников». Она из первого на Урале Иоанно-Богословского монастыря, который основал Иона. Мы во всем видим русский след, как, например, в этом удивительном киоте с иконой Богоматери, деревянном, со сказочными резными колонками.

 

Я могу сказать, что на выставке участвует около трехсот произведений. Наверно, половина из них показывается впервые, в том числе и этот киот. Конечно, люди шли сюда с Севера, из Устюга, из Новгорода – в поисках чего-то. Прежде всего, интересовала пушнина. Но здесь же и преобразовывались территории.

 

И вот мы вводим человека в Церковь. С одной стороны, это сюжет с венчанием. А с другой стороны – человек приходит с каким-то грузом воспоминаний. Он приходит к Богу, но ведь он приходит из дома, с огорода, откуда-то от своей работы. И мы показываем совмещение этой народной традиции и иконы, Церкви…».

 

 

Второй зал, в который мы почти протискиваемся из узкого коридора почти что доисторического времени, действительно открывает перед нами некое подобие церковного пространства. И тут мы знакомимся не только с историей христианизации пермских земель, но и встречаемся с совершенно особенным явлением, возникшим в этих краях – с пермской деревянной скульптурой. Но об этом рассказ в следующем выпуске нашего обозрения.

 

Аудио, фото – Екатерина Степанова.

 

Наверх

Рейтинг@Mail.ru