fbpx
6+

Три истории одного фельдмаршальского жезла

Программа Екатерины Степановой

«Время Эрмитажа»

Поступление новых даров в Государственный Эрмитаж. Последняя выставка 2018 года.

Эфир 5 января 2019 г., 14:30

АУДИО + ТЕКСТ

 

29 декабря 2018 года в Георгиевском зале Зимнего дворца открылась небольшая и недолгая традиционная выставка новых поступлений ушедшего года. На открытии таких выставок собираются сотрудники музея и журналисты, пишущие об Эрмитаже.

 

К собравшимся гостям обратился директор Государственного Эрмитажа Михаил Борисович Пиотровский:

«Дорогие друзья, с Новым годом! У нас, как всегда, маленькое предновогоднее открытие, предновогодняя выставка. И сегодня мы представляем последние и главные подарки года. Их два. Они замечательные, и у каждого из них большая история. На самом деле, у каждого из них даже несколько историй.

Первый дар – это замечательное приобретение нашей Особой кладовой, а, главное, Фельдмаршальского зала – фельдмаршальский жезл, изготовленный для Александра II. Изумительной красоты ювелирная работа, еще, правда, не прошедшая реставрации в наших реставрационных лабораториях. И хорошо, значит, в первозданном виде находится.

Он был нам передан Президентом Российской Федерации в Фельдмаршальском зале во время официального визита Канцлера Австрии и Президента Российской Федерации в Эрмитаж.

 


 

У этого жезла три больших истории. Первая. Он, после того как был изготовлен для Александра II, был вручен генерал-фельдмаршалу Гурко. Правда, вручен был уже в конце жизни, но тем были отмечены его замечательные военные достижения. Это герой русско-турецкой войны, это человек, отличившийся при Шипке и Плевне, это человек, под чьим командованием наши войска впервые вошли в пригороды Константинополя – Сан-Стефанский мирный договор.

Затем история продолжалась. После смерти Гурко жезл перешел к Николаю Негошу, первому королю Черногории, отцу тех самых черногорок, которые такую большую роль сыграли в предреволюционной истории России. Затем Черногория, как известно, потеряла независимость, а жезл стал ходить через руки правящих семей Балканских, на аукционы и в коллекции, а затем исчез в художественном рынке. На этом первая часть истории закончилась.

Вторая часть истории – он появился на художественном рынке, на аукционах, был приобретен, но в ходе приобретения опознан и исследован нашими коллегами и друзьями, в частности, Анатолием Ивановичем Вилковым, который подарил нам портрет Николая II, который находится сейчас в Большой церкви Зимнего дворца. Жезл бы определен как жезл Александра II, соответственно, поднялся в цене, стал еще более знаменит, и затем, вот в этом году прибыл в Эрмитаж.

У него есть еще и третья история – о том, что мы делали, чтобы этот жезл попал именно в Эрмитаж. Эту историю еще предстоит рассказать – было много переговоров для того, чтобы он, в конце концов, оказался здесь, на своем правильном месте. Его будущее место – в Фельдмаршальском зале, в старых витринах, но только нужна такая витрина, которую никто не сможет преодолеть.

Мы очень благодарны за этот дар. Он отражает в себе одну из важных сторон жизни Эрмитажа – и музея, и памятника, и хранилища нашей отечественной государственной истории. Поэтому и выставку мы открываем сегодня здесь, в Георгиевском зале».

 

Маршальский жезл – символический знак различия фельдмаршалов и маршалов. Он представляет собой цилиндрический стержень длиной около 30-40 сантиметров, обычно покрытый вышитым полотном, богато украшенный металлом, инкрустацией, иногда драгоценными камнями. Нередко жезл имел индивидуальный дизайн и на нем было написано имя владельца.

Широко известен афоризм, приписываемый императору Наполеону I: «Каждый солдат носит в ранце маршальский жезл», – намек на то, что каждый солдат, демонстрируя храбрость, отвагу и военный талант, может стать маршалом.

 


 

Михаил Борисович рассказал и о втором экспонате, представленном в этот день:

 

«Второй дар – другой замечательный экспонат, отражающий другую сторону Эрмитажа – музея мировой культуры. У него тоже своя история. Это дар «Британских друзей Эрмитажа». Это фирман султана Селима III.

Напомню, султан Селим III для нас замечателен, прежде всего, тем, что у нас в Старой деревне находится палатка, которую султан Селим подарил Екатерине II, которая прибыла  с тем посольством, которое заключило сокрушительный для Турции и великий для России Ясский мирный договор. Вот тогда была и палатка, и разные дары. Селим III замечателен тем для нас, что он был современником трех наших императоров – Екатерины, Павла и Александра I. Он был еще и современником Наполеона, и примерно тогда же, когда мы сговаривались с Наполеоном, он тоже сговаривался с Наполеоном. Он был реформатором. Дореформировался до того, что его потом свергли янычары и убили за его реформы и прозападные, проевропейские тенденции. Фигура яркая для нас, важная, интересная. И вот здесь его фирман.

Фирман – это нечто вроде указа, распоряжения. Он очень красивый. Всегда каждый фирман – это произведение искусства. Здесь он замечательно украшен тугрой, такой печатью султана каллиграфической с разными приписками, красиво выполненным почерком дивани текстом.

Оформление фирманов – это пример практического использования высокого искусства. Сам почерк дивани такой, что там невозможно вставить ни одного слова, т.е. подделать. И все эти украшения – это как водяные знаки на бумаге. Вот это все подделать невозможно. Поэтому уж фирман, так он фирман. При том, что вот этот замечательный свиток на самом деле рассказывает о тривиальных делах – просьбе рыбаков заменить им налог деньгами на налог оливковым маслом, и подтверждение этого налога, и сообщение о нем. Ну там много еще чего написано. Предстоит еще подготовить этот материал к печати и к экспозиции. И музейная ценность у него такая примитивно-практическая. У нас есть фирман султана Абдул-Хамида, он выставлен на постоянной экспозиции Османской Турции. Понятно, что вещи на бумаге постоянно храниться на свету не могут, и он тоже не может лежать там долго. Теперь ему есть замена, и как на выставке «Книга художника» перелистываются листы периодически, мы будем менять один фирман на другой».

 

Фирман – указ правителя на мусульманском Востоке, в заглавии которого в Османской империи писалась тугра – каллиграфически исполненное имя правящего султана.

Тугра разрабатывалась для каждого султана отдельно по определенным правилам. Пространство вокруг тугры на фирманах могло быть красочно украшено, подобно оформлению рукописей. Живописное оформление, сочетающее элементы как восточной, так и западной художественной традиции, присутствует и на представленном фирмане. Основной текст написан черными чернилами почерковым стилем «дивани», изобретенным в Османской империи.

Представленные дары можно увидеть в георгиевском зале Зимнего дворца до 13 января 2019 года.

 

Аудио, фото – Екатерина Степанова.

Наверх

Рейтинг@Mail.ru