fbpx
6+

История Псковской православной миссии. Протоиерей Георгий Бенигсен (1)

М.Лобанова: Здравствуйте, дорогие друзья! Мы продолжаем цикл программ «Псковская православная миссия. Биографии». В студии радио «Град Петров» Марина Лобанова и историк Константин Петрович Обозный. Здравствуйте, Константин Петрович!

К.Обозный: Здравствуйте, Марина! Здравствуйте, дорогие радиослушатели! Сегодня я расскажу вам о замечательном священнике, пастыре, проповеднике, друге псковской молодежи протоиерее Георгие Бенигсене. Отец Георгий Бенигсен является одним из самых ярких представителей Псковской православной миссии, Латвийской Православной Церкви, и жизнь его была очень насыщена, наполнена различными событиями и принесла многие плоды. Можно сказать, что плоды деятельности отца Георгия до сих пор существуют. Псковичи старшего поколения, пережившие оккупацию, помнят отца Георгия, кто-то учился в школах, которые он открывал. Но жизнь отца Георгия сложилась так, что закончил он свой земной путь на американском континенте. Причем и там он был весьма уважаемым священником, очень многое сделавшим для того, чтобы Православная Церковь в Америке обрела статус автокефальной Церкви. Наряду с протопресвитером Александром Шмеманом отец Георгий Бенигсен в этом отношении очень много потрудился.

М.Лобанова: Протоиерей Георгий Михайлович Бенигсен прожил долгую жизнь – даже не знаю, как мы в кратких программах ее расскажем. Но все-таки мы основной акцент сделаем, конечно, на его участии в Псковской православной миссии. Родился отец Георгий еще до революции и прожил долгую жизнь, в течение которой он увидел и крах Советского Союза, и перестройку, и, наверное, даже какие-то изменения в российской действительности и возрождение Церкви. Это, наверное, редкий случай, когда активный деятель Псковской православной миссии дожил и увидел, что Церковь в России все-таки стала возрождаться.

К.Обозный: Надо сказать, что отец Георгий много сделал для того, чтобы церковная жизнь в России начала возрождаться. Но давайте обо всем по порядку.
Итак, отец Георгий, Георгий Михайлович Бенигсен родился в 1915 году в городе Казани в семье военного инженера. Его детские годы совпали с тяжелым для России временем – временем Октябрьского переворота, гражданской войны. Довольно долго и безуспешно семья делала попытки выехать из Советского Союза, и только в 1924 году семья наконец смогла покинуть Советский Союз и выехала в Латвию. Именно в Латвии, в городе Двинске будущий отец Георгий закончил гимназию. И именно в Двинске, современном Даугавпилсе, он обрел своих близких друзей – таких, как, например, Константин Иосифович Кравченок, будущий член Псковской миссии, активный мирянин, член и деятель Русского Студенческого Христианского Движения. Отец Георгий, будучи еще совсем молодым человеком, почти подростком, тоже вступил в РСХД. Сначала он был в организации «Витязей», потом сам стал руководителем «Витязей», этой скаутской дружины при РСХД. Именно участие в Русском Студенческом Христианском Движении сподвигло Георгия Михайловича на то, чтобы потом принять духовный сан и стать священником. Он участвовал в съездах РСХД, которые проходили летом в Прибалтике. Это было в Латвии и в Эстонии, тогда еще независимых государствах. Отец Георгий из Латвии часто приезжал в Печоры, поскольку была живая связь рижских движенцев и печорских движенцев. Город Печоры тогда тоже находился на эстонской территории, и там была дружная и большая для той местности группа молодежи, членов Русского Студенческого Христианского Движения. Именно там Георгий Михайлович познакомился со своей будущей женой, матушкой, Еленой Краубнер. Она печерянка, движенка. Отец Георгий был человеком очень тонким, вдумчивым и очень красивым. Есть воспоминания движенцев о том, что многие девушки были влюблены в Георгия Михайловича. Но его избранница была скромная, тихая, почти незаметная Елена. Они связали свою судьбу узами брака.
В 1937 году Георгий Михайлович был рукоположен в сан диакона, а до этого он учился в Рижской духовной семинарии, получил образование. А участие в Русском Студенческом Христианском Движении дало ему замечательный опыт миссионерской катехизической работы, прежде всего с детьми и с молодежью. Он был другом молодежи, детей; знал, как с ними разговаривать, чем их заинтересовать. И в этом смысле оставался молодым духом, сердцем, даже имея уже большой жизненный и пастырский опыт.
Отец Георгий написал воспоминания, которые были впервые опубликованы в журнале «Вестник РСХД», а потом перепечатаны в «Санкт-Петербургских епархиальных ведомостях», которые в 2001 году были посвящены шестидесятилетию Псковской православной миссии. Эти воспоминания называются «Христос Победитель». Отец Георгий пишет о небольшом периоде своей жизни, о начале Второй мировой войны, о входе советских войск в Ригу, в Прибалтику и о времени немецкой оккупации вплоть до эмиграции в Европу, в Германию. И также он вспоминает очень кратко о жизни в лагерях DP, то есть в лагерях для перемещенных лиц. В 1941 году, за несколько дней до начала войны в соборе Рижского Троице-Сергиева монастыря отец Георгий был рукоположен в иерея. Причем это рукоположение совершал экзарх Прибалтики митрополит Сергий (Воскресенский), который в это время был главой Православной Церкви в Прибалтике, начиная с момента присоединения этих территорий к Советскому Союзу. Отец Георгий, конечно, понимал, что его шаг почти безнадежен, с точки зрения мирской почти безумен, потому что все понимали, что если советская власть еще продержится год-другой, то с Церковью в Прибалтике произойдет то, что уже произошло на территории Советского Союза, где почти исчезли, были разрушены епархии, была разрушена легальная церковная структура, когда практически не осталось действующих храмов. К моменту присоединения Прибалтики, Белоруссии, Украины и Бессарабии, в 1939 году на территории Советского Союза было не более трехсот действующих церквей. И это на территории от Пскова до Благовещенска! Это огромная территория. И, соответственно, официально служащих священников тоже была жалкая горстка и всего четыре архиерея, которые еще оставались на свободе и совершали свое церковное служение. И такая же участь ожидала и Церковь в Прибалтике. Поэтому одновременно с началом репрессий, гонений возлагать на себя это служение, фактически делая себя мишенью для репрессий безбожной власти – это по-человечески, по-земному, по-мирски было просто безумием. И все-таки отец Георгий делает этот выбор, этот шаг. И это свидетельствует о том, что он был не просто человеком глубоко верующим, уповающим на Бога, но и человеком, который мог взять ответственность за Церковь в тяжелейших условиях. «Кто, если не я». Так он ставил вопрос. Если Господь меня выбирает, то этот путь, который начался с РСХД, с воцерковления молодежи, нужно продолжать даже в этих тяжелейших условиях, даже если за это придется пострадать и оказаться в Сибири.
Но, как мы знаем, уже 1 июля 1941 года в город Ригу вошли немецкие войска. Началась другая жизнь, и Православная Церковь на постсоветских территориях получила возможность для возрождения. У Церкви открылось второе дыхание, и отец Георгий Бенигсен как яркий священник, еще совсем молодой, но уже очень опытный в деле миссии, проповеди, был сразу замечен экзархом Сергием и был включен в первую группу миссионеров, которая 19 августа 1941 года приехала в Псков для возрождения церковной жизни на оккупированных немцами территориях Северо-Запада России. Правда, отец Георгий, приехав в Псков, скоро вернулся обратно в Ригу. Его вызвал экзарх Сергий для работы в Экзаршем управлении. Отец Георгий был секретарем Экзаршего управления, то есть занимал довольно высокий пост, однако же уже в 1942 году он возвращается на территорию Псковщины. Семья отца Георгия – матушка Елена с младенцем-сыном – оставались в Риге весь период времени, а отец Георгий приехал в город Псков, где также занимал один из руководящих постов в управлении Псковской миссии и одновременно был настоятелем прихода храма великомученика Димитрия Мироточивого.
В городе Пскове уже в начале 1942 года действовало четыре храма, и отец Георгий активно включился в церковную жизнь. При этом он не остановился только на совершении богослужений и треб. Конечно же, он не мог не заниматься активной проповедью и миссионерской работой. Прежде всего, конечно, его внимание было обращено к детям. В оккупированном Пскове уже в 1942 году начали действовать государственные школы, которые открывали оккупационные власти. Причем в газетах выходили объявления, в которых родители и опекуны обязывались отдать своих детей на обучение в школу. Если же они по своей оплошности, халатности или по злому умыслу не делали этого, тогда в первый раз они должны были быть оштрафованы, а если после этого предупреждения все-таки не отдали детей на обучение, тогда их могли отправить на принудительные работы в лагерь. Дальше начального образования дело не шло, потому что оккупанты, конечно, не были заинтересованы в том, чтобы русские дети получали хорошее, глубокое образование. Поэтому гимназического курса не существовало в оккупированном Пскове, хотя были такие планы, но они не осуществились. И тут отец Георгий Бенигсен при своем храме, в котором он был настоятелем, открывает церковную общеобразовательную школу, которая фактически давала гимназическое образование для детей среднего возраста. В этой школе преподавались все основные дисциплины, такие, как русская литература, математика, немецкий язык, история, география. Есть воспоминания, и я лично знаю некоторых учеников этой школы, и они вспоминают, с какой радостью они приходили в школу, потому что для них открывалось очень много интересного и неизведанного. Например, они впервые именно на уроках истории узнали о княгине Ольге, о том, что она фактически крестила северную Русь и была первой христианской просветительницей на этой земле. Они для себя открывали новых писателей, которых в советское время невозможно было читать – например, Достоевского. Они впервые услышали имена великих философов – может быть, не читали их труды по своем возрасту, но все это им стало доступно, потому что это был круг, в котором общались их наставники, учителя и священники.
Кроме этого, еще целый блок церковных дисциплин преподавался в этой школе. Например, были уроки, которые были посвящены церковному уставу, тому, как живет Церковь, какие есть церковные праздники, церковный богослужебный круг, особенности богослужебные. И учителя по церковному календарю, который был подготовлен к изданию протоиереем Николаем Трубецким в Риге, знакомили учеников с богослужениями. И получая этот навык, школьники потом принимали участие в богослужении. Так что это не было голой теорией – они приходили в храм, и в храме отец Георгий распорядился сделать с правой стороны амвона небольшую железную загородочку, чтобы не напирали прихожане и не теснили детишек. И туда заходили его ученики и там молились – впереди, прямо перед алтарем. И до сих пор сохранилась эта оградочка. Уже и детей этих нет, к сожалению, но память эта до сих пор жива.

М.Лобанова: Да, это интересная деталь.

К.Обозный: Да, и причем дети участвовали осознанно в богослужении. Они где-то пели, где-то вслушивались в молитвы. И это было очень важно.
Кроме церковной школы, в которой обучалось в лучшие ее времена, по архивным данным, до ста пятидесяти человек, был еще церковный детский сад, куда прихожане приводили своих детей дошкольного возраста, потому что очень часто, для того, чтобы кормить семью, они вынуждены были работать почти все дневное время, а дети оставались без присмотра. И отец Георгий решил устроить детский сад. Это тоже форма работы, которая появилась в Прибалтике. Именно движенцы известны тем, что в Латвии и Эстонии появились такие церковные детские сады, в которые не просто присматривали за детьми, кормили их, укладывали спать, гуляли с ними, но и проводили какие-то беседы, играли с ними, что-то рассказывали о Евангелии на доступном языке, читали какую-то христианскую литературу, доступную их возрасту. Это, конечно, тоже требовало от самих воспитателей детского сада хорошей подготовки. И именно такими воспитателями были девушки из РСХД.
Отцу Георгию в этой деятельности помогали движенцы, его друзья из Печор. Когда они узнали, что их друг, отец Георгий, в Пскове руководит приходом, развил кипучую миссионерскую деятельность, просвещая детей и молодежь, несколько человек приехали из Печор и стали ему помогать. Кто-то был учителем в церковной школе, кто-то был воспитателем в детском саду – таким образом у отца Георгия появились надежные помощники, его старые друзья по Движению.
Кроме этого отец Георгий при приходе великомученика Димитрия Мироточивого организует приют для детей-сирот. Школьный учитель церковной школы Ростислав Полчанинов, о котором, я надеюсь, мы еще поговорим в одной из передач, рассказывал, как они ходили по железнодорожному вокзалу Пскова и собирали беспризорников, приводили их в церковный дом, кормили обедом, мыли, переодевали и потом предлагали остаться. Их никуда не прятали, не запирали, но им просто говорили: если вы хотите, вы можете здесь остаться и пожить. Кто-то уходил, а кто-то оставался. В приюте в конце 1943 года было пятнадцать человек, по данным архива. Это был не очень большой приют, но известно, что отец Георгий некоторых детей в приюте готовил ко крещению и совершал над ними таинство крещения – они становились христианами, обретая в отце Георгие не только заботливого воспитателя, но и духовного отца. Очень важен тот факт, что отец Георгий не просто крестил детей, но готовил их ко крещению. Кто-то может сказать – зачем детей мучить, но для отца Георгия было очень важно, чтобы этот шаг был осознанным, чтобы он исходил из свободной воли ребенка. И чтобы приют мог функционировать, чтобы детям было удобно и комфортно, отец Георгий обратился к прихожанам за помощью. Прихожане, которых было очень много в этом храме, откликнулись и приносили все, что только могли. Кто-то приносил посуду, тарелки, ложки, кружки; кто-то приносил постельное белье, кровати, матрасы; приносили продукты, овощи жертвовали. И таким образом приют существовал, и, кроме того, удалось еще организовать и обед для учащихся школы, потому что дети почти весь день проводили в школе.
Сохранились воспоминания воспитанниц этой школы. Они, конечно, вспоминают со слезами благодарности и с любовью об отце Георгие. Они пишут, что этот человек для всех был как отец, для всех, а не только для детей-сирот, который подчас были очень сложными. Вот Ростислав Владимирович Полчанинов вспоминает, что было трудно бороться, например, с нецензурной бранью. Ведь дети всякие были. И тогда они, используя опыт скаутский, договорились о такой игре: кто проговорится и скажет скверное слово, тот должен выпить кружку воды. Просто холодной воды. Они отнеслись к этому очень легкомысленно – ведь это же ничего не стоит! Но уже через какое-то время, когда было выпито по полтора-два литра, они уже стали как-то себя контролировать. И вот такие живые примеры говорят о том, что детей не просто собирали, формально им помогали, но пытались помочь им освободиться от всяческой грязи, помочь сделаться лучше, помочь прийти к Богу, в Церковь. И делали это очень спокойно, не навязывая свою помощь.
Отец Георгий особые надежды связывал с этой школой, с приютом. Когда он писал отчет митрополиту Сергию (Воскресенскому), он указывал, что в перспективе он хотел бы, чтобы из этих воспитанников выросли юные миссионеры, которые будут свидетельствовать о Христе, о Евангелии в кругу своих сверстников, среди таких же детей и молодежи. И это, нужно сказать, отцу Георгию удалось, хотя само существование этой школы и такого, можно сказать, детско-юношеского христианского центра в оккупированном Пскове длилось недолго – всего два года отец Георгий был настоятелем в Димитриевском храме. Но все-таки ему удалось сделать очень многое. Например, отец Георгий сумел договориться с местным оккупационным отделом пропаганды и агитации о том, чтобы ему предоставляли некоторое время на радио. И на радио начинаются регулярные христианские передачи, которые были адресованы как взрослому и старшему поколению, так и детям и молодежи. И в детских передачах отцу Георгию помогали воспитанники его школы. Были и концерты, и какие-то сценки, и какие-то специальные тематические передачи. Кроме того, дети, например, выпускали стенгазету.
Когда в мае 1943 года город Псков посетил экзарх Прибалтики митрополит Сергий (Воскресенский), он совершал Литургию на Светлой седмице в Троицком кафедральном соборе, проводил совещания в управлении миссии и посетил приход великомученика Димитрия Мироточивого. Сохранились фотографии, где владыка Сергий (Воскресенский) выходит из врат храма в сопровождении отца Георгия и переводчика Георгия Ивановича Радецкого, а сзади прихожане, которые следуют за ними. И митрополит Сергий был очень доволен не только тем, что храм наполнен, что люди благоговейно относятся к совершающимся таинствам, но он был особенно доволен тем, что очень много детей. А дети специально подготовили для экзарха Сергия концертную пасхальную программу, спели, прочитали стихи, повесили специальную пасхальную стенгазету. И экзарх Сергий очень высоко оценил деятельность отца Георгия, наградил его орденом Псковской православной миссии за эти необычайные успехи в деле миссии и просвещения русского народа и, особенно, детей и молодежи.
Весной 1943 года трудообязанными детьми стали все, кому исполнилось двенадцать лет. Естественно, учиться они не могли, поэтому школа при храме Димитрия Мироточивого стала меньше по числу учащихся. Но по благословению митрополита Сергия (Воскресенского) был организован стол по христианскому просвещению детей и молодежи, руководителем которого был назначен священник Георгий Бенигсен. А заместителем был его друг и псаломщик из этого храма Константин Иосифович Кравченок, тоже в прошлом движенец. Отец Георгий Бенигсен понимает, что теперь главным направлением в работе с детьми и молодежью становится внешкольная работа. Поэтому именно на этом направлении было сосредоточено основное внимание. При кафедральном соборе, а точнее, на колокольне кафедрального собора, на втором этаже была комната, которая находилась в запустении. И церковное руководство Псковской миссии выделило эту комнату специально для собраний кружка псковской молодежи, которым руководил отец Георгий Бенигсен, а его помощниками были и отец Алексий Ионов, который принимал участие в работе этого кружка, и некоторые другие священники и миряне Псковской православной миссии. Причем сами дети принимали участие в уборке этого помещения – есть фотографии, где звено девушек работает под руководством Раисы Ионовны Матвеевой-Рацевич, тоже движенки, которая из Нарвы приехала в Псков и преподавала Закон Божий, участвовала в Псковской миссии. Она создала такое звено девушек, которых она готовила, с которыми общалась, исходя из движенского опыта в Эстонии тридцатых годов. И эти девушки очистили и убрали это помещение, привели в порядок, и раз в неделю там проходили заседания кружка псковской молодежи. Это был литературный кружок, но кроме чтений литературных произведений русской классики были и специальные доклады, посвященные философии, истории России – в том числе были встречи, которые касались, например, будущего России. На заседания этого кружка собирались члены Псковской миссии, священники, миряне. Несколько раз на эти встречи приходили офицеры РОА – дело в том, что батальон Русской Освободительной Армии находился под Псковом весной-летом 1943 года, в 14 километрах от Пскова в поселке Стремутка. И молодые офицеры этого батальона приходили в Псков на службу и иногда участвовали в молодежном кружке и тоже делились своими мыслями. Было вот такое интересное общение.
Но был еще и кружок детский, который тоже собирался при кафедральном соборе. Там читали Евангелие, рассказывали о святых, читали адаптированные для детей жития святых, обсуждали. И такая активная работа проводилась вплоть до эвакуации Псковской миссии в феврале 1944 года. Последнее обширное заседание кружка проходило в святочные дни 1944 года, после Рождества Христова. И тогда уже было понятно, что город Псков скоро попадет в линию, близкую к фронту, и эти встречи были в каком-то смысле прощальными. Но, несмотря ни на что, дети, которые учились в церковных школах, которые открыла миссия, в том числе и в школе, которой руководил отец Георгий Бенигсен, получили опыт воцерковления в тяжелейших условиях немецкой оккупации. И многие говорят о том, что их лучшее время жизни – это было время в период немецкой оккупации. Не потому, что немцы были в городе, но потому, что в этот момент они обрели настоящих друзей – священников, своих учителей, которые помогли им открыть новую жизнь, которые помогли им открыть Церковь, которые помогли открыть Христа. Жизнь их потом по-разному складывалась – кто-то стал церковным человеком, кто-то от Церкви как-то формально, внешне отходил. Но все равно эту радость и благодарность они сохраняли в своем сердце до последних дней своей жизни. Вспоминали отца Георгия, как он с ними играл в мяч, например, будучи уже священником. Казалось бы, несолидно батюшке играть в мяч с детьми. Но он с детьми играл, с ними ходил на экскурсии. Если дети болели, то он ездил в Ригу и для них привозил лекарства, недоступные в городе Пскове. Он был действительно очень заботливым, не только священником и учителем, но по-настоящему их отцом по духу.
Однажды в его школу женщина привела девочку и сказала, что эта девочка – дочка мужчины, который ушел в партизанский отряд. Женщина сказала, что девочка осталась без попечения, и трудно кому-то взять ее на воспитание. Родственников нет. Отец Георгий, не задумываясь, взял эту девочку в приют, хотя, понятно, что если бы немецкие власти узнали, кого он принимает в приют и в школу, то это могло бы ему дорого стоить. Но он не раздумывал и поступал так, как велела его христианская совесть, как велело ему сердце.
Когда подошло время эвакуации, то отец Георгий не бросил и своих детей, которые находились в приюте. Он договорился с Ольгой Бенуа – это известный общественный деятель из знаменитой русской семьи – она под Ригой, на Рижском взморье, в местечке Дуболты организовала приют для детей-сирот. Отец Георгий лично знал Ольгу Бенуа и договорился с ней, чтобы она приняла в своем приюте еще и ту группу детей из Пскова. И Надежда Гавриловна Одинокова, воспитательница, вместе с отцом Георгией сопровождала в Ригу эту группу детишек, которые были спасены от неминуемой гибели в городе Пскове, к которому уже совсем близко подошла Красная армия, и начинались ожесточенные бои за этот город.

М.Лобанова: Здесь мы прервемся, и в следующей программе продолжим биографию протоиерея Георгий Бенигсена. Долгую жизнь отец Георгий прожил, в 1915 году он родился.
Июнь 1941 года связан с нападением на Советский Союз нацистской Германии. А для отца Георгия июнь 1941 года – это месяц и год его священнической хиротонии, начало его миссионерской проповеди. Вот такое удивительное совпадение, хотя это, конечно, и не совпадение, какой-то промысел в жизни этого человека так проявился. И удивителен тот путь, который он прошел вместе с русским народом сквозь эти тяготы, когда эти два монстра друг на друга шли войной, когда Гитлер и Сталин друг с другом боролись на этой территории. Есть воспоминания, которые написаны отцом Георгием, и там есть такая фраза: «Кто же первым наложит на нас лапу – Гитлер или Сталин?» Вот ощущение христиан на этой земле, на этой войне. Но тем не менее жизнь, действительно, била ключом. Это просто невероятно. Люди вовсе не замерли в ужасе на эти четыре года войны, на эти семьдесят лет советской власти. Люди жили, мыслили. Вот этот кружок молодежный, где, как Вы сказали, люди обсуждали самые разные вещи. И, кстати, если они обсуждали будущее России – может быть, в двух словах, как они представляли себе это будущее?

К.Обозный: Идеи были самые разные. К сожалению, нет каких-то протоколов и отчетов, как и о чем говорили и мыслили члены кружка. Но мы знаем, что отец Георгий Бенигсен и его учитель, который помогал ему в школе, Ростислав Владимирович Полчанинов, и другой учитель и псаломщик этого храма Константин Иосифович Кравченок были членами НТС – Народно-Трудового Союза. И, естественно, для них самой главной идеей, которая спасет Россию, была идея «третьей силы». Против Сталина – и против Гитлера. За Россию, свободную от тоталитаризма, свободную от любого насилия над личностью. За Россию, которая может дать свободу Церкви; создать необходимые условия для того, чтобы Россия снова стала великой и свободной страной.

М.Лобанова: Действительно, такая идея, которая, наверное, могла приниматься умами и сердцами только очень деятельных людей. Людей, у которых была жизненная энергия, которые хотели не просто ждать и смотреть, что будет, а были намерены что-то делать.
Но сейчас мы прервемся, и в следующей программе продолжим наш рассказ о биографии протоиерея Георгия Бенигсена. Передачу вела Марина Лобанова. О биографиях участников Псковской православной миссии рассказывает историк Константин Петрович Обозный. До свидания!

К.Обозный: До свидания, Марина! До свидания, дорогие радиослушатели!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх

Рейтинг@Mail.ru