fbpx
6+

История Псковской православной миссии. Протоиерей Ливерий Воронов

М.Лобанова: Здравствуйте, дорогие друзья! В студии радио «Град Петров» Марина Лобанова, и мы вместе с историком Константином Петровичем Обозным продолжаем серию программ, которая называется «Псковская православная миссия. Биографии». Здравствуйте, Константин Петрович!

К.Обозный: Здравствуйте, Марина! Здравствуйте, дорогие радиослушатели!

М.Лобанова: В прошлых двух программах мы рассказывали о двух участниках Псковской православной миссии, которые очень тесно связаны с нашим городом, о протоиерее Иакове Начисе и об архимандрите Кирилле (Начисе), духовнике Санкт-Петербургской Духовной Академии. А сегодня наша программа посвящена другому видному представителю Санкт-Петербургских Духовных школ и священнику Псковской православной миссии, более того, человеку, который и получил свое священство, был рукоположен в Псковской православной миссии – профессору-протоиерею Ливерию Воронову. Вот об этом человеке, тоже очень значимом для нашего города, сегодня пойдет рассказ в цикле программ о Псковской православной миссии. Напомню, что этот цикл посвящен 70-летию со дня основания миссии. Вот такое необычное имя – Ливерий… Давайте, Константин Петрович, начнем рассказ о протоиерее Ливерии Воронове с его семьи, с истоков его биографии.

К.Обозный: Ливерий Воронов родился в городе Ораниенбаум, в христианской семье служащих, 22 января 1914 года. Его папа, Аркадий Васильевич Воронов, 1875 года рождения, умер в марте 1942-го года, а мама, Вера Дмитриевна Воронова, урожденная Быстрова, происходила из семьи священников, ее отец был православным священнослужителем. Она родилась в 1884 году. Так что все это люди, как тогда говорили, «из бывших», это была семья интеллигентная, христианская, и, естественно, именно в таком духе они воспитывали и своих детей. У будущего отца Ливерия был старший брат, который родился в 1910-м году, и брат тоже был назван необычным именем – Авенир. Так что было два брата – Авенир Аркадьевич Воронов и Ливерий Аркадьевич Воронов. Ливерий Воронов учился с 1926 по 1930 год в Ораниенбаумской трудовой единой школе, и после ее окончания продолжал обучение в школе фабрично-заводского ученичества Охтинского химического комбината. То есть он выбрал стезю, связанную с химией. В 1933 году Ливерий Воронов поступил на факультет минеральной технологии Ленинградского химико-технологического института имени Ленсовета и окончил его в 1938 году по специальности «технология электрохимического производства». При этом получил диплом первой степени с отличием. В учебе он был весьма преуспевающ и был перспективным молодым ученым. После окончания института благодаря своим успехам Ливерий Воронов был оставлен в качестве научного сотрудника на кафедре физической химии, а через год зачислен в аспирантуру того же института. Жена будущего отца Ливерия, Екатерина Вассиановна Воронова, 1918 года рождения, урожденная Лебедева, также была дочерью священнослужителя. То есть, как видите, вокруг люди были не просто верующие, но имеющие давние церковные корни и церковное воспитание. Брат Ливерия, Авенир Аркадьевич Воронов, накануне войны также был аспирантом Индустриального института в Ленинграде, тоже шел по научной стезе. Вскоре после начала войны Авенир был призван в Красную армию и оказался на фронте. Другие близкие родственники отца Ливерия также имели отношение в Церкви – например, дядя Ливерия Воронова, отец Георгий Преображенский, был священником. Его арестовали в 1930-е годы и отправили в ссылку, где он умер в 1934 году. Другой дядя, тоже священник, Василий Сыренский, был арестован в 1936 году, и дальнейшая его судьба неизвестна. То есть уже с самого начала видно, в какой среде рос Ливерий Воронов, и некоторое направление будущей жизни задавалось уже с самых ранних лет. Действительно, Ливерий Воронов был верующим человеком с самых ранних детских лет. В студенческие годы, когда он учился в институте на кафедре физической химии, он уже начал писать христианские произведения, трактаты «Бытие», «Жизнь». И уже в предвоенные годы тайно лелеял мечту о том, чтобы стать священником. Летом 1941 года, когда только началась война, Ливерий Аркадьевич Воронов со своей супругой Екатериной Вассиановной гостили у родителей в поселке Вырица. Так оказалось, что железнодорожное сообщение было разрушено бомбардировкой немецкой авиации, и вернуться в Ленинград было невозможно. Таким образом будущий отец Ливерий со своей супругой остались в Вырице. И с 1 августа по 14 декабря 1941 года будущий отец Ливерий начинает прислуживать в Казанском храме в поселке Вырица, потому что уже с 21 августа там начались регулярные богослужения. Будущий отец Ливерий в качестве псаломщика и певчего начинает свое служение. Затем он также в качестве псаломщика служит в некоторых других храмах, например, в храме святых Флора и Лавра в Оредежском районе и в других храмах под началом священника Николая Попова. Через некоторое время протоиерея Николая Попова по распоряжению управления Псковской миссии переводят на границу Псковского и Гдовского районов в местечко Мельницы. И там отец Ливерий, также в качестве псаломщика служит вместе с отцом Николаем. Протоиерей Николай Попов, увидев ревностное служение своего младшего помощника и его готовность встать на путь священнослужения, пишет в управление миссии и дает рекомендательное письмо о том, чтобы Ливерия Аркадьевича Воронова рассмотрели как кандитата для рукоположения в священный сан. Действительно, в пасхальные дни пребывания в Пскове экзарха Прибалтики митрополита Сергия (Воскресенского) Ливерий Воронов был вызван в управление миссии. С ним прошло собеседование, выяснили все его биографические данные, и 24 апреля 1943 года митрополит Сергий (Воскресенский) в Псковском Свято-Троицком кафедральном соборе совершил рукоположение Ливерия Аркадьевича Воронова во диаконы, а через два дня, 26 апреля 1943 года, Ливерий Воронов был посвящен в пресвитерский сан также в Свято-Троицком кафедральном соборе. И его рукоположение во иереи также совершал экзарх Прибалтики митрополит Сергий (Воскресенский). И с этого момента, с конца апреля 1943 года и до августа 1943 года отец Ливерий Воронов занимал должность начальника канцелярии Псковской православной миссии. Он остался в управлении миссии, поскольку был человеком достаточно грамотным, образованным, церковным одновременно и, конечно, очень во многом он помогал в руководстве и в деятельности канцелярии. С августа 1943 года начались некоторые изменения в судьбе отца Ливерия; он был назначен в город Гдов, который находится в 130 километрах от Пскова. И в Гдове, в Свято-Афанасьевском храме отец Ливерий служил вторым священником. И в ноябре 1943 года линия фронта начала приближаться к Пскову, с одной стороны, а с другой стороны, особенно активно в этот момент времени проявляли себя партизанские отряды в Гдовском районе, и священнослужители эвакуировались в Прибалтику. В частности, отец Ливерий Воронов и другие священнослужители и церковнослужители выехали в Нарву. Чуть позже, 2 февраля 1944 года, вместе с другими православными священниками из Нарвы отец Ливерий прибывает в Таллинн, где продолжает свое служение как священник, как миссионер внутренней православной миссии в Эстонии, главной задачей которой было духовное и материальное окормление русских беженцев, которые также были эвакуированы с русских территорий в Эстонию. Весну и лето 1944 года отец Ливерий служил в составе внутренней православной миссии в Эстонии, а 22 октября 1944 года он был арестован в Таллинне сотрудниками НКВД и обвинен по статьям 58-1А, 58-2 Уголовного кодекса, и 15 января 1945 года был приговорен военным трибуналом к 15 годам лишения свободы. Отец Ливерий Воронов на следствии вел себя очень достойно, принципиально. Я смотрел уголовное дело отца Ливерия, где он полностью и до последнего дня опровергал все обвинения в сотрудничестве с немецкими спецслужбами, в том, что он являлся резидентом немецких спецслужб, что он вел шпионскую и подрывную деятельность, выдавал советских патриотов немецким властям и так далее. Он до конца оставался на этой позиции – не признавал себя виновным. Отец Ливерий находился в заключении с мая 1947 года (то есть следствие шло довольно долго) по 23 апреля 1955 года. Отец Ливерий Воронов проходил по делу руководства, по делу членов управления Псковской православной миссии, по которому также проходили такие яркие миссионеры, руководители миссии, как протопресвитер Кирилл Зайц, священник Николай Жунда. Андрей Яковлевич Перминов, делопроизводитель Псковской миссии, Георгий Иванович Радецкий. В 1955 году, когда началось общее «потепление» и освобождение осужденных прежде всего по бытовым статьям, некоторые миссионеры начинают писать письма в прокуратуру и в Верховный Совет с тем, чтобы пересмотрели их обвинительный приговор и еще раз проверили все моменты следствия, поскольку они велись с нарушением, с искажением и очень часто обвинения были составлены либо просто без всяких свидетелей, либо подбирались лжесвидетели. После пересмотра дела и после вызова свидетелей, многие свидетели отказались от своих прежних показаний, сказав, что они их давали под давлением, поскольку многих шантажировали возможностью также сесть на скамью подсудимых вместе с «предателями». Действительно, в 1956 году военный трибунал Ленинградского военного округа пересмотрел дело по обвинению управления Псковской миссии, в том числе и в отношении отца Ливерия Воронова, и отменил приговор военного трибунала от 15 января 1945 года. Таким образом, необоснованно репрессированный по политическим мотивам священник Ливерий Воронов был реабилитирован и был освобожден. Слава Господу, 15 лет отцу Ливерию не пришлось находиться в лагере. В следственном деле в последнем томе были интересные письма отца Ливерия, которые он писал уже из мест заключения в военную прокуратуру. И отец Ливерий в этих письмах, в этих апелляциях пишет о том, что обвинения в том, что он как сотрудник канцелярии брал подписи у рядовых священников и мирян в том, что они будут выполнять все циркуляры миссии и в том числе выполнять задания немецких спецслужб, которые якобы миссия спускает рядовым своим сотрудникам, эти обвинения не обоснованны. Действительно, члены миссии и ее священнослужители должны были заполнять анкету, но анкета не являлась никакой подпиской о сотрудничестве с гестапо или с СД. Анкета заполнялась вполне открыто, без всякой секретности, и поэтому отец Ливерий даже в этих письмах пытается обосновать свою позицию о том, что члены Псковской миссии выполняли свое церковное служение и никакой политической, шпионской деятельностью они не занимались. После освобождения отец Ливерий некоторое время служил в Богородском кафедральном соборе города Вологды. Но вскоре он поступает в Ленинградскую Духовную семинарию, а после ее окончания продолжает обучение в Духовной академии. И здесь тяга к образованию и талант проявили себя очень ярко, и в 1961 году отец Ливерий защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата богословия на тему «Вопрос об англиканском священстве в свете русской православной богословской науки». После окончания Академии отец Ливерий был оставлен преподавателем и становится одним из лучших и ярких преподавателей Ленинградской Духовной Академии в период 1960-80-х годов. В 1964 году протоиерею Ливерию Воронову было присвоено звание доцента по кафедре истории западных исповеданий, а в 1965 году – звание профессора. С 1968 года отец Ливерий избран заведующим кафедрой богословских наук Ленинградской Духовной Академии, а в 1971 году отец Ливерий защитил диссертацию на соискание ученой степени магистра богословия на тему «Православие. Мир. Экумена». В 1986 году отцу Ливерию присвоена ученая степень доктора богословия за совокупность научно-богословских трудов.

М.Лобанова: Нужно сказать, что в духовном образовании немного другая на данный момент существует степень научной аттестации, чем в светском образовании. Если, допустим, магистерская диссертация пишется до кандидатской, то в духовных школах до сегодняшнего дня сначала присваивается степень кандидата богословия, затем магистра, что равно доктору, а доктор богословия – это что-то большее, чем доктор наук в понимании светского образования.

К.Обозный: Да, действительно, это уже высшее признание на поприще богословского образования, на поприще преподавания в Духовной Академии. Но кроме этих высот, известно, что часть замечательных лекций отца Ливерия Воронова по догматическому богословию была в свое время опубликована. И до сих пор студенты этими лекциями пользуются. Но, к сожалению, далеко не все из огромного богословского наследия отца Ливерия опубликовано. Многое еще сохраняется в рукописях, и можно надеяться, что час публикации этих рукописей придет, и Церковь сможет питаться этими плодами и приобщаться к этому замечательному, глубокому, яркому опыту отца Ливерия. Кроме того, отец Ливерий еще очень активно участвовал в работе Отдела внешних церковных сношений Московского Патриархата. Началась эта деятельность с сентября 1962 года. Надо сказать, что с 1965 года отец Ливерий был назначен членом учебного комитета при Священном Синоде и членом Международной богословской комиссии по диалогу с Англиканской Церковью. Здесь развернулась его деятельность в экуменическом направлении, и таланты отца Ливерия замечательно и полно раскрывались. С 1966 года отец Ливерий становится членом Центрального комитета Всемирного совета Церквей от Московского Патриархата. С 1968 года он постоянный член Комиссии «Вера и устройство» Всемирного совета Церквей. С 1969 года он становится членом Комиссии при Священном Синоде по вопросам христианского единства. И, наконец, в 1989 году, может быть, это самое важное, отец Ливерий был постоянным членом Синодальной комиссии по канонизации святых Русской Православной Церкви. И это очень важно – комиссия только начинает действовать, и отец Ливерий среди первых становится ее активным участником и работником. Примечательно, что сам отец Ливерий прошел гонения и являлся исповедником веры. И вот он входит в эту комиссию по канонизации святых Русской Православной Церкви. Профессор-протоиерей Ливерий Воронов также являлся членом Богословской комиссии Христианской мирной конференции. Был кроме того еще и активным участником различных международных конференций христианских богословов и православных богословов, и в этом смысле был признанным авторитетом. Наверное, стоит упомянуть, что в период деятельности Второго Ватиканского Собора Римско-Католической Церкви, а именно на Третьей сессии, протоиерей Ливерий Воронов являлся наблюдателем от Московского Патриархата, наряду с другими членами Отдела внешних церковных сношений, такими как протопресвитер Виталий Боровой и другие. Профессору-протоиерею Ливерию Воронову принадлежит огромное количество научных трудов, статей по богословию – только статей по богословию больше 130 по наименованиям. Некоторые были опубликованы в «Журнале Московской Патриархии», и большое количество было опубликовано в зарубежных христианских изданиях. Последние годы жизни отца Ливерия проходили в Академии, когда его матушка уже умерла, и он постоянно жил в Академии. Тяжелая болезнь приковала его к постели. Но все-таки отец Ливерий не оставлял своей преподавательской деятельности, и несмотря на тяжелые испытания, физическую немощь, продолжал до последнего дня читать лекции и проводить семинарские занятия со своими студентами, которые приходили к нему, и так проходили занятия. Отец Ливерий умер вечером в канун дня святой великомученицы Екатерины, то есть 6 декабря. Имя этой святой носила его любимая матушка. 6 декабря 2010 года исполнилось ровно пятнадцать лет с того дня, когда отец Ливерий закончил свой жизненный путь. Прах протоиерея Ливерия Воронова погребен на Волковском кладбище, там, где Литераторские мостки. Сохранились воспоминания об отце Ливерии тех, кто в трудные советские годы учился в Академии. И я бы хотел некоторые из них процитировать, потому они очень яркие и помогают нам увидеть настоящего священника, богослова, наставника, учителя, при всей эмоциональной сдержанности и даже закрытости, о которой говорят знавшие его священнослужители и преподаватели Академии. Но даже при этом он нес свое служение, и мы видим, вспоминая о других членах Псковской миссии, что у каждого было какое-то свое особое призвание, особое служение, особый темперамент. Но все они действовали на благо Церкви, на благо ближнего. Вот опубликованные воспоминания профессора-протоиерея Георгия Кочеткова, который в 1970-е годы учился в Духовной Академии и с большой теплотой вспоминает об отце Ливерии Воронове как о своем учителе и наставнике: «Уже в те годы я знал, что о. Ливерий относился к Псковской миссии и что он за это пострадал. Мы тогда не могли знать деталей, но какие-то разговоры об этом среди преподавателей в стенах Ленинградской Духовной Академии все же шли. Я видел, что он человек очень выдержанный, очень осторожный, что он следит за каждым своим движением и словом. Это было вполне понятно после отсидки и больших страданий, которые он перенес. Я видел, что он очень неравнодушный человек; это проявлялось и на лекциях. Он говорил очень смелые вещи. По форме он занимал консервативную позицию, а по содержанию давал полное представление обо всех вопросах, которые были связаны с догматикой. Он преподавал у нас догматическое богословие и понимал, что это та область, в которой нужно быть особо внимательным к каждому слову. Ведь всегда найдутся охотники превратить любое слово во что-нибудь несуразное, поставить его под сомнение. Мне очень нравились проповеди и лекции о. Ливерия, а главное – его живой отклик на каждое живое слово. Он, конечно, был внутренне очень целостным и неравнодушным человеком. Мне всегда очень симпатизировало то, что он был человеком веры, и не просто веры рациональной, но именно просвещенной. На мой взгляд, это различие очень важно в области веры. Конечно, он был бриллиантом среди преподавателей Духовной Академии, наряду с профессором Николаем Дмитриевичем Успенским и некоторыми другими преподавателями. Отец Ливерий явно нес в себе очень многое. Каждую тему на лекциях он излагал очень коротко, очень ясно, четко и всегда качественно – но по минимуму, а потом давал список дополнительной литературы, в котором указывал буквально по странице, что надо прочитать. 90%, если не больше, студентов Академии ничего не читали, и то, что он говорил, так и оставалось на бумаге. Но если бы кто-то из них открыл и посмотрел все, что он рекомендовал, то это резко расширило бы их духовное и смысловое поле по данной им теме. Отец Ливерий включал сюда самые современные и вдохновенные работы, поднимал смелые и живые подтемы, которых он практически не касался на своих лекциях. Это меня всегда поражало. Я уж не говорю о том, как помог он мне в те тяжелые времена, перед исключением из Академии…» И в конце своих воспоминаний отец Георгий говорит следующее: «Слава Богу за тот опыт общения с отцом Ливерием. Безусловно, отец Ливерий оставался камнем веры. На таких людях, как он, держалась вся наша Церковь. Но при этом важно, что его все любили и уважали. Конечно, все это давалось дорогой ценой и стоило ему очень дорого. Он был вынужден и даже обязан все время ходить застегнутым на все пуговицы во избежание рецидивов прежних преследований. В начале 1980-х годов были тяжелые времена. В последние годы брежневского и начальные годы андроповского периода была реакция, проявляли себя многие миазмы советского режима, и все мы чувствовали их на себе. Я и сам их почувствовал после своего исключения из Духовной Академии в 1983 году». Вот такие воспоминания ученика отца Ливерия Воронова, которые нам помогают увидеть человека очень целостного, просвещенного и полностью отдающего себя служению, на которое он призван – будь это международные церковные отношения на уровне межхристианского диалога, будь это преподавание в Академии, будь это работа в Комиссии по канонизации святых, или же служение в Псковской православной миссии, которому он тоже честно и без остатка всего отдавал для того, чтобы люди вернулись к Богу и Церкви, для того, чтобы Православная Церковь в России преобразилась, принесла богатые плоды, которые и мы сейчас тоже видим и ощущаем. В том числе благодаря такой яркой звездочке, как сказал отец Георгий, «бриллианту Церкви», отцу Ливерию Воронову.

М.Лобанова: Вот мы завершили программу, которая посвящена профессору Ленинградской Духовной Академии протоиерею Ливерию Воронову, действительно, очень яркому представителю профессорско-преподавательской корпорации Духовных школ нашего города. Хочется обратить внимание наших слушателей на фотографию отца Ливерия Воронова. Стоит только посмотреть на его лицо – Вы знаете, это удивительное лицо. Насколько это красивый человек. Важно все-таки знать истоки биографии человека – какие у него корни, какая семья, какое образование. Но здесь можно просто на лицо посмотреть – и если кто-то учился у такого профессора-протоиерея в Духовных школах, я думаю, что общение с таким человеком очень многое давало. К тому же это был крупнейший специалист по догматическому богословию, не говоря уже о его церковно-общественной деятельности. Общение с таким человеком должно было наложить огромный отпечаток, и если мы говорим о каких-то отголосках того, чем была Россия и Русская Православная Церковь, то даже фотография отца Ливерия Воронова может очень много сказать. Это настоящий петербургский протоиерей. И также хочется обратить внимание на то, что не все участники Псковской православной миссии оставляли воспоминания, по разным причинам. Но у отца Ливерия Воронова трудов огромное количество. Они не посвящены его личной жизни, они посвящены богословским темам, церковно-историческому наследию Православия. Это научные труды. Но это тоже наследие Псковской миссии. И еще один момент. Мне хочется обратиться ко всем людям, но особенно к священникам: пишите воспоминания о своих преподавателях, о тех священниках, которых вы встречали, и пишите их честно и открыто. Не надо их сразу публиковать, но это будет ваше отдание долга тому, что вы получали.

К.Обозный: Я хотел бы еще добавить удивительную вещь, которая меня когда-то поразила: отец Ливерий, который прошел лагеря, был фактически оклеветан и пострадал за веру и за Христа, все-таки добился больших успехов на служебной лестнице, если так можно выразиться, стал замечательным преподавателем, профессором, доктором богословия и был представителем Русской Православной Церкви на международной арене, то есть он был лицом Церкви. И я думаю, что это было выдающееся лицо, это был свидетель Православия, которое, конечно, гонимо, притесняемо, но которое несет в себе свет Божий. И это было очень важно. И, оказывается, даже безбожная советская власть в каких-то моментах оказывается бессильна. И выдающийся талант отца Ливерия не мог быть утаен, и он приносил свои плоды. И самое главное – он действительно был свидетелем.

М.Лобанова: Я уверена, что, встречая отца Ливерия, любой человек, церковный или светский, советский чиновник или представитель каких-то иных христианских конфессий или даже других религий, других стран, никогда бы не подумал, что «религия – это опиум для народа», потому что все видели перед собой такого человека. Еще раз напомню, что отец Ливерий Воронов был рукоположен в Псковской православной миссии, он совершил свой выбор именно в этот период. И это не могло не задать какой-то тон всему последующему его служению. Итак, мы завершили передачу, посвященную жизни отца Ливерия Воронова, но еще не завершен цикл «Псковская православная миссия. Биографии». Мы прощаемся с вами, дорогие друзья, ненадолго. Передачу вела Марина Лобанова. И, как всегда, в цикле программ, посвященном 70-летию основания Псковской православной миссии, биографии деятелей миссии рассказывал историк Константин Петрович Обозный. До свидания!

К.Обозный: До свидания, Марина! До свидания, дорогие радиослушатели!


Протоиерей Ливерий Воронов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх

Рейтинг@Mail.ru