fbpx
6+

«…на горы каменные там поверглись каменные горы»

Информационное обозрение «Русский Север». Выпуск 64

Программа Екатерины Степановой.

Эфир 2 мая 2018 г. в 10.45

 

Продолжаем беседу с куратором выставки «Помни о Севере», которая недавно открылась в Выборге, ученым секретарем Выборгского музея-заповедника Юлией Мошник, и хотим вас познакомить не только с выставкой, но и с самим городом Выборгом и Выборгским замком.

 

Этот город совсем не русский, а всем своим видом говорит, что он северный, может быть, финский, может быть, шведский, вроде и западный город, а вроде бы и не совсем. И уж совсем Выборг не похож на города Ленинградской области. Да и на другие города он тоже совсем не похож. Но очень интересный город.

 

«Соглашусь, как человек, работающий в музее и всю жизнь занимающийся изучением выборгской истории, что город очень интересный. Действительно, не похож. Хотя мы с вами сейчас беседуем в самом европейском городе России, в Санкт-Петербурге. А Выборг – это действительно часть Европы. И даже для петербуржцев, которые стали осваивать Карельский перешеек после того, как была построена железная дорога между Санкт-Петербургом и Гельсингфорсом, это 1870 год, и, конечно же сразу туристы поехали, и когда они пересекали границу в районе Сестрорецка, Белоострова, они попадали в другой мир, где говорят на другом языке, где действуют другие правила, где есть таможня, где есть другие деньги, которые нужно менять. И люди были готовы к тому, что Финляндия окажется иной. Она и оказывалась иной. И, может быть, даже для путешественников конца XIX века уже было естественно почувствовать себя на Севере, в ближней загранице, «родной сердцу». Это Мандельштамовы слова «родной сердцу иностранец», «зеленоглазый финн», тот, который живет здесь, совсем рядышком, но жизнь его совершенно иная. Жизнь, продиктованная другими условиями, более суровыми, казалось.

 

Может быть, это еще рефлексы романтической поэзии начала XIX века, то, что пришло к нам от Батюшкова и Баратынского, которые жили в Финляндии, служили, и которые писали о Финляндии. От них пришел в русскую литературу некий асионический образ такого Севера хладного, угрюмого, сурового. «Суровый край, его красам, пугаяся, дивятся взоры, на горы каменные там поверглись каменные горы» — это слова из «Эды» Баратынского. Это как раз про нашу землю. И Выборг, Выборгский замок, прежде всего, это некое воплощение суровости Севера, потому что древний каменный замок стоит на огромной каменной скале. Он совершенно, скажем так, мужской. Про него и в Финляндии так говорили. Замок, не крепость. Бытовало такое название в советские годы – замок называли Северной крепостью. На самом деле это не совсем верно, потому что Выборгская крепость это вообще система укреплений, которые складывались от конца XIII века и до начала XX века. Там укрепления разного времени, разных эпох и разных культур – шведские, русские… Финляндские укрепления уже вне города, их мы не будем относить к крепости, но тем не менее… Это большой комплекс. А замок – традиционно на старых картах его, как правило, называли шлоссом – это такая центральная самая старая часть. На протяжении долгих веков это была и резиденция правителей, резиденция наместника. И потом, когда Выборг был завоеван войсками Петра I в 1710 году, это уже объект, который принадлежал русским воинским частям. И вот военным объектом Выборгский замок продолжал оставаться вплоть до 1964 года. Это страшно долгая военная история, несмотря на то, что туристов пускали туда, пускали еще в XIX веке. Правда в XIX веке замок пережил два сильнейших пожара, которые уничтожили, к огромному сожалению, интерьеры средневековые, потому что были обрушения стен. И то, что сейчас мы видим внутри в замке – все эти прямые перекрытия, а не сводчатые – это все последствия реконструкций, которые замок пережил в 90-х годах девятнадцатого столетия.

 

Замок стоит на острове-скале. Обычно европейские замки снабжаются рвом, а нам не понадобилось, потому что уж очень удобное место, и, может быть, поэтому вот так вот исторически это место использовалось как некий укрепленный пункт. По всей вероятности еще древние карелы, которые жили на территории всего перешейка, который и называется Карельским поэтому, у них располагался, скорее всего, некий укрепленный пункт, сторожевой пункт на острове, и этот пункт защищал карельское поселение, которое было на территории старой части Выборга.

 

Остров находится в части Финского залива – Выборгский залив. А выглядит, как будто это озеро или река. На самом деле вплоть до конца XVIII века Вуокса – крупнейшая река Карельского перешейка – одним своим рукавом впадала в Выборгский залив совсем недалеко от замка. Сейчас это русло перестало существовать, но когда-то это русло было судоходным, и через эти земли пролегали торговые пути, которые еще новгородцев связывали с северными землями. Отсюда шли дороги из Новгорода в Лапландию, т.е. это была часть Великого мехового пути.

 

Но о самом замке. Внутри есть небольшая улица, образуемая с одной стороны стеной замка, а с другой зданиями, которые не были повреждены пожаром, но тоже были реконструированы. Т.е. реконструкция конца XIX века она затронула вообще все постройки на острове, и было выполнено благоустройство на территории. Весь замковый комплекс включает в себя восемнадцать объектов. Они формировались в разные периоды. Есть постройки, которые восходят к концу XIII века, это, прежде всего, наш донжон – башня Святого Олафа – она сейчас на реконструкции. Есть постройки, появившиеся в XV, XVII, XVIII веках, но практически все они подвергались позднейшим изменениям, реконструкциям поскольку военное использование оно предполагало, прежде всего, хозяйственные и военные нужды, а не сохранение памятника старины. Но, скажу вам, что была идея сделать из Выборгского замка нечто вообще историческо-готическое. После вот этого сокрушительного второго пожара, который случился в 1856 году, замок превратился в руину, и очень долго эта руина портила вид. Это было печальнейшее зрелище. И выборгский архитектор Юхан Якоб Аренберг – чудесный человек, который создал замечательные здания в центре Выборга – он просто выпрашивал позволения реконструировать замок за счет финляндской казны, сам безвозмездно разработал план реставрации. А он был последователем Виолле-ле-Дюка, поэтому нужно было все сделать очень красиво, со всяческими готическими шпилями, то, чего в реальности никогда не существовало, но вот ему хотелось сделать еще более нордический замок. Он обращался непосредственно к Александру III с этим своим проектом. Он замечательный проект сделал в 1885 году, страшно красивый. Но Российский император сказал, что, поскольку, все это собственность российского военного ведомства, то оно и должно восстанавливать, поэтому ничего сейчас мы делать не будем. Разрешил только поставить временные перекрытия деревянные, и вопрос о восстановлении замка был отложен. Такой вот, с одной стороны, упущенный шанс, а с другой, если бы Аренберг вмешался, мы бы имели очень любопытную такую конфетную обертку».

 

В одном из выпусков информационного обозрения «Русский Север» мы уже вспоминали о Виолле-ле-Дюке и его идеях готических стилизаций, когда о деревянном зодчестве Русского Севера нам рассказывал историк искусства Евгений Ходаковский. Так что в целом, наверно, хорошо, что исторический облик Выборгского замка максимально сохранился. И именно в этом древнем замке, где теперь находится Выборгский музей-заповедник, проходит четвертая выставка проекта «НорНикеля» «Освоение Севера. Тысяча лет успеха», которая называется «Помни о Севере». Мы только начали знакомиться с этими землями, с Выборгом и с выставкой и продолжим в следующем выпуске.

 

Аудио, фото – Екатерина Степанова.


 

 

Наверх

Рейтинг@Mail.ru