6+

Биография генерала А.П. Кутепова в программе «Под знаменем России. Белые генералы». Анонс

АНОНС

Программа Марины Лобановой и Кирилла Александрова

«Под знаменем России. Белые генералы»

ГЕНЕРАЛ КУТЕПОВ

С 15 июня 2017 г., по четвергам в 9:00, повторение в пятницу в 14:30

 

Программа
«Под знаменем России. Белые генералы»
на Сервисе скачиваний

 

С именем Кутепова связаны два знаменитых события – образцовая организация Галлиполийского лагеря после эвакуации из Крыма Русской армии генерала Врангеля, а также похищение его, преемника барона Врангеля на посту организованного им Русского общевоинского союза (объединение белых воинов в Зарубежье), в Париже агентами ОГПУ. Причем документы об этом похищении и убийстве генерала Кутепова до сих пор секретны и недоступны историкам.

 

Но в год столетия революции 1917 года уместно вспомнить этого человека еще и потому, что Александр Павлович Кутепов – можно сказать, единственный русский офицер, который сделал всё, от него зависящее, чтобы остановить революционные события в Петрограде в феврале 1917 года.

 

А. П. Кутепов во главе 2-го батальона Лейб-Гвардии Преображенского полка. 1916 г.

 

«Нельзя было ничего сказать, что что-либо происходит в Петрограде, – вспоминал Кутепов. – Городовые стояли на местах, и только народу было меньше, чем обыкновенно».

… Отряд Кутепова остановился на углу Литейного и Невского. Здесь Кутепова нагнал на извозчике Л.-гв. полковник князь К.С. Аргутинский-Долгоруков, командовавший запасным батальоном преображенцев. В сильном волнении он рассказал Кутепову о поджоге Окружного суда и движении толпы на Дворцовую площадь, в связи с чем передал новый приказ: вернуться назад и поспешить к Зимнему дворцу.

Пока кутеповский отряд медленно двигался по Невскому и пополнялся, офицеры запасного батальона преображенцев под впечатлением от солдатского бунта и нежелания «стрелять в голодную толпу» приняли решение сосредоточить запасных чинов гвардейских частей на Дворцовой площади. Две роты преображенцев находились в распоряжении Кутепова и он принял решение не возвращаться по Невскому, а двигаться, как и предполагалось, по Литейному. Кутепов шел впереди отряда, за ним следовали кексгольмцы, пулеметчики и преображенцы…

На углу Артиллерийского переулка в казармах Лейб-гвардии 1-й артиллерийской бригады нижние чины запасного батальона Лейб-гвардии Литовского полка, присоединившиеся к волынцам, били стекла. Офицеры-литовцы навести порядок не могли. Со стороны горевшего Окружного суда слышались отдельные винтовочные выстрелы и редкая пулеметная стрельба.

Кутепов приказал занять позиции у дома князя Мурузи (Литейный, 24) и немедленно открывать огонь на поражение в случае каких-либо действий бунтующих в районе Дома Офицерского собрания Армии и Флота (Литейный, 20), на Кирочной улице и т.д. Преображенцы закрыли Бассейную улицу со стороны Надеждинской, и Баскову улицу. Еще один взвод с пулеметом перекрыл Артиллерийский переулок. Офицерам-литовцам Кутепов велел приводить своих нижних чинов в порядок в двух ближайших дворах. Убедившись, что господа офицеры медлят, Кутепов сам прошел на угол Артиллерийского переулка и Басковой улицы, чтобы обратиться к мятущейся солдатской толпе, состоявшей из запасных волынцев и литовцев. Один из офицеров-волынцев доложил Кутепову, что солдаты хотели бы отправиться в казармы, но боятся расстрела за бунт. Кутепов громко сказал: «Всякий кто построится, и кого я приведу, расстрелян не будет». Его мгновенно подняли на руки и попросили громко повторить обещание, после чего он добавил: «Те лица, которые сейчас толкают вас на преступление перед Государем и Родиной, делают это на пользу нашим врагам-немцам, с которыми мы воюем. Не будьте мерзавцами и предателями, а останьтесь честными русскими солдатами». Из толпы раздались крики, в том числе с обвинениями во лжи и неизбежности расстрела за участие в бунте. Тем не менее, Кутепов приказал строиться по ротам и своим батальонам — и его приказ люди начали выполнять, несмотря на сопротивление агитаторов. Часть солдат бежала к Преображенскому собору.

Вечером 28 февраля Кутепов на санитарном автомобиле прибыл в офицерское собрание преображенцев на Миллионной улице, где встретил однополчан в подавленном виде. Их план не удался – командующий войсками Петроградского военного округа Генерального штаба генерал-лейтенант С.С. Хабалов так и не решился как-либо использовать запасные роты преображенцев, собранные в полном порядке на Дворцовой площади 27 февраля.

В тот же вечер Кутепов вернулся в квартиру своих сестер, живших на Васильевском острове.

Кутепов с цветами в освобождённом Харькове. Июнь 1919 г.

Сегодня память о генерале Кутепове особенно чтут потомки тех, кто находился под его началом в Галлиполи в 1920-1921 гг., не так давно они создали «Союз потомков галлиполийцев».

 

 

О «галлиполийском сидении» Русской армии с восхищением отзывались знаменитые русские писатели. Иван Бунин, отвечая на вопросы белградской газеты «Галлиполи», писал в 1923 году: «Галлиполи – часть того истинно великого и священного, что явила Россия за эти страшные и позорные годы, часть того, что было и есть единственной надеждой на её воскресение и единственным оправданием русского народа, его искуплением перед судом Бога и человечества». Иван Шмелёв в 1927 году так оценивал «галлиполийское сидение»: «Белое движение и завершившее его галлиполийство есть удержание России на гиблом срыве, явление бессмертной души Ея, – ценнейшего, чего отдавать нельзя: национальной чести, высоких целей, назначенных Ей в удел, избранности, быть может, – национального сознания. За это, за невещественное, за душу – бились Белые Воины…»

 

Кутепов в Галлиполи

 

Поэт Белой армии князь Николай Всеволодович Кудашев после гибели Кутепова писал своему сослуживцу 10 февраля 1930 г.: «Дорогой Володя, только что по радио передали, что убить Сталина – первая отповедь за Кутепова. Даст Бог, это первый удар грома русской грозы. Все за одного – один за всех».

Кудашев вполне разделял взгляды Кутепова на миссию Белой армии за границей, вот его стихотворение 1926 года:

Пока живем мы на земле,
Пока мы дышем за границей,
Тревожно в замкнутом Кремле
Тиранам тягостно не спится.

Пока наш дух не сокрушен,
Борьба не кончена святая,
Вдали своих, в тени знамен,
Мы грозный взрыв подготовляем.

Не спи, кровавейший тиран,
Не все в ярмо склонили выи,
И мы, оправившись от ран,
Ударим снова за Россию.

И будет жуток наш налет,
То вихри грянут в поднебесье,
То вера цепи раскует
Над каждым городом и весью.

То для прикованных к скале
Заблещут первые зарницы,
Не спите, изверги в Кремле,
Еще мы живы за границей.

 

Поэт, считавший, что за смерть Кутепова должен ответить лично Сталин, не меньше, как и его герой, был преданным монархистом («Мы подвиг чести завершим/И, сберегаемый годами,/Царю Штандарт передадим») и думал о будущем России с надеждой и верой в ее воскресение, а залогом чести русского воинства считал сохранение исторической памяти – связи с Россией, безукоризненное выполнение воинских ритуалов, о чем написал в стихотворении «Завещание»:

Соблюдайте, прошу, ритуалы,
Конный взвод… трубачи и салют.
Чтоб на крышке фуражка лежала,
Также шашку в могилу кладут.

Под печальные мирные звоны
Пусть соратники строем идут.
Боевого коня под попоной
До церковной ограды ведут.

Нет отличий… значки на подушке
Перед гробом. Последний завет:
Не пишите родимой старушке,
Что домой не вернется корнет.

Я оттуда, где всяк равноправен,
Сам явлюсь ей в глубокой ночи.
Не забудьте, пусть глуше «Коль славен»,
Тихо-тихо берут трубачи.

Все, чего меня в жизни лишили,
Пусть в себе заключит ритуал,
Чтоб душою спокойной в могиле
Я, прощенный, взаимно прощал.

 

У генерала А.П. Кутепова нет могилы. Но память об этом человеке важна для современной России – в этом убеждены авторы программы «Под знаменем России. Белые генералы» Марина Лобанова и историк Кирилл Александров.

 

Биографию последнего командира Лейб-гвардии Преображенского полка слушайте в эфире радио «Град Петров» с 15 июня 2017 года по четвергам, в 9:00, с повторением в пятницу, в 14:30.

 

В цикле 20 передач.

 

Наверх

Рейтинг@Mail.ru